Мужество жить | Александра Ларина

Философско-терапевтический цикл «Болезни желания» disclaimer Желание — это не слепой позыв, а сам просвет, в котором мир распахивается нам навстречу, обретая значимость, краски и зов. Именно эта открытость, этот фундаментальный способ присутствия быть в мире очень часто даёт сбой. На терапевтической встрече эта боль звучит так: «Я не знаю, чего хочу», «Мои желания будто не мои», «Я ни к чему не чувствую страсти». За этими словами стоит не просто сниженное настроение, а онтологическая травма — разрыв связи с собственной жизненной силой. Мы привыкли думать о желании как о капризе, но для Платона это был Эрос — божественное безумие, для Спинозы — сама сущность человека, для Гегеля — битва за признание. Почему же оно угасает? Почему становится неподлинным? И главное — как лечится душа, забывшая, как желать? Этот новый цикл — попытка составить карту болезней желания и найти рецепты, оставленные великими философами и психологами.

Онлайн-встреча 24 июня Л.Н. Толстой «Смерть Ивана Ильича»Принято считать, что «Смерть Ивана Ильича» — повесть об умирающем. В действительности это одно из самых беспощадных и честных произведений о том, как мы проживаем жизнь и отчего часто не замечаем, что проходим мимо неё.Мы приглашаем вас на следующую встречу нашего цикла, посвящённую этому тексту. Разговор не обещает быть ни лёгким, ни мрачным — скорее, это попытка приблизиться к тому, что Виктор Франкл называл осуществлением ценности отношения: последней человеческой свободе занять осмысленную позицию перед лицом неизбежного.Почему это касается каждого?Иван Ильич — не герой и не злодей. Он человек, старавшийся жить «как должно»: строил карьеру, обустраивал быт, держался приличий. Когда привычный уклад пошатнулся, за правильным фасадом обнаружилась пустота — вся его жизнь оказалась «не тем». Это узнавание знакомо многим, кто хотя бы раз переживал кризис середины жизни, душевное истощение или чувство, что всё вокруг — чужая, заимствованная декорация.Толстой, сам прошедший экзистенциальный кризис и панический ужас перед небытием, создал текст, действующий как хирургический инструмент, вскрывающий самообман обыденного существования. Ирвин Ялом называл эту повесть «величайшим учебником по психотерапии», а Мартин Хайдеггер видел в ней иллюстрацию того, как осознание собственной смертности вырывает человека из анонимной толпы и возвращает к подлинному «я».Эта повесть нужна не для того, чтобы сеять страх. Она нужна, чтобы задать себе вопрос сейчас, а не в последний час: «Моя жизнь — она настоящая? Не прячусь ли я за ритуалами и приличиями, забывая о главном?»Когда: 24 июня (среда) - 19.30Где: Zoom Стоимость: 1500 р. Ссылка для чтения текста 📖 Для записи писать Александре 🙌

Завтра на чтениях мы разбираем «Легенду о Великом инквизиторе» Ф.М. ДостоевскогоНе смотря на то, что сам Федор Михайлович философом себя не именовал, его произведения во многом предвосхитили философскую мысль XX века. Задолго до того, как экзистенциализм обрёл имя, Достоевский уже вёл человека по самому краю бездны. В противовес Аристотелевскому удивлению, отчаяние становится самым честным началом мысли.В душном углу «подполья» родился крик против тирании разума: живая боль, оказывается, дороже мёртвого счастья. Иван Карамазов собрал коллекцию детских слёз и швырнул билет в вечность обратно Богу — тот самый жест, который Камю позже назовёт бунтом против абсурда. Кириллов взвёл курок, чтобы доказать: свобода — это когда человек сам становится богом, без страха и гарантий. А фраза «Если Бога нет, то всё позволено» прозвучала как приговор и как пароль в мир, где смысл приходится добывать из пустоты.Но главное — Достоевский заглянул в человека и увидел не механизм, а бездну. Его герой — поле битвы между добром и злом, между созиданием и разрушением. В груди каждого пульсирует свобода — дар страшный, почти невыносимый: способность сказать «нет» даже счастью и уйти во тьму, лишь бы не стать «штифтиком».Но тот же клинок свободы, проходя сквозь страдание и совесть, открывает путь к подлинной любви.Человек для Достоевского — не статуя, не формула, а незавершённый порыв. «Широк человек, слишком даже широк, я бы сузил». Мы лепим себя сами — в преступлении и покаянии, незримо связанные одной общей виной.Именно эта двойственность — способность упасть на самое дно и взлететь к святости через свободный выбор — превратила героев Достоевского в вечных современников экзистенциализма.Завтра в 19:30 обсудим дар и бремя свободы через творчество Ф.М. Достоевского Желающие присоединиться пишите Александре 🙌

Экватор нашего литературного путешествия - Федор Михайлович и его Великий Инквизитор 🧐

Онлайн-встреча 10 июняФ.М. Достоевский, «Легенда о Великом инквизиторе»В ближайшую среду рассмотрим знаменитую притчу из романа Достоевского «Братья Карамазовы». Знаменитую и толкуемую вот уже полтора столетия. Такое положение дел и предостерегает от поспешных выводов по прочтении, и придает смелости дискуссии, располагает к знакомству с текстом: ведь если сокровищница неистощима, почему на нас поток смыслов вдруг должен остановиться? Не ждите момента: лучшего не настанет. Уже сейчас нужно пробовать соотносить свою личность с вопросами, поднятыми нашей писательской традицией. И так обретать свою идентичность. Достоевский спрашивает у читателя-собеседника: как мы поступим, если нам явится живой Христос? Готов ли мир к Его второму пришествию? А лично ты – готов? Казалось, бы, все ясно, особенно – для верующих? Из притчи мы узнаем, что как раз у них-то и обнаруживаются принципиальные затруднения.Иногда о Легенде говорят как о вершине творчества Достоевского, кристаллизации его философских взглядов. Основная ее тема – риски свободы для тех, кто посмел выйти из системы отношений «раб-господин». И попытки сатаны удержать в прежних рамках: удобных, соблазнительных, незаметных.Достоевский устами инквизитора ставит нас перед проблемой: что, если Христос не недооценил, но переоценил человека? Как бы «перелюбил»?Стоит оглядеться вокруг и вглядеться в себя. Не нужна нам никакая свобода: совесть человека следует пленить для его же счастья. Свободу в познании добра и зла и бремя личного выбора следует искоренить из человека. Чем? Силами, которые ставят нас на колени: чудо, тайна, авторитет. Здравый смысл подсказывает, что Христос – враг человека. Но какого? Достоевский утверждает: инфантильного, который бунтует против взрослых и гордится тем, что бунтует, но взрослым не становится. Христос – опасность для самодовольных недорослей, ведь они хоть и бунтуют, но изголодались по хлебам. Они скучают по манипуляции их волей, по могущественному воспитателю, по приемному «отцу».Слабая ду

Почему избавление от желаний по Кьеркегору — это отказ от самого себя? Идеи Данте и Кьеркегора вступают в удивительную перекличку сквозь века. Оба мыслителя предстают перед нами как христианские антропологи желания. Обыденное сознание часто подсказывает: святые — те, кто искоренил в себе греховные влечения. Однако такое представление способно увести в ложную сторону. Желание само по себе не может быть греховным; оно бывает поражено грехом, а потому нуждается не в искоренении, но в исцелении. У Кьеркегора человек — это сопряжение конечного (телесного, фактичного) и бесконечного (духа, тоски по вечности). Желание как раз и есть голос этой бесконечности внутри нас. Пытаясь насильно его заглушить, мы становимся не святыми, а «мёртвыми душами», впадая в иное, ещё более глубокое отчаяние — нежелание быть собой. Если обратиться к стадиям превращения человеческого желания (завтра на чтениях мы обязательно разберём их подробнее), то окажется: проблема эстетика — Дон Жуана или, скажем, «прожигателя жизни» — вовсе не в избытке страсти. Беда в том, что свою бесконечную жажду он устремляет на вещи конечные: удовольствия, новизну, «интересное». Он пытается напоить океанскую тоску глотками из лужи. Пресыщение и скука, которые в итоге настигают его, — не признак того, что желание ослабло, а крик души, которая захвачена не тем. Подлинное исцеление по Кьеркегору — не редукция, а перенаправление: тот самый огонь души, пройдя через принятие долга, а потом сквозь кризис веры, начинает гореть яснее и чище. Как же происходит это преображение желания, а заодно и взросление человеческого духа? Обсудим вместе, обратившись к работам датского философа и теолога Сёрена Кьеркегора. Желающие присоединиться к обсуждению завтра в 19:30 пишите Александре 🙌 Для знакомства с Кьеркегором рекомендуем главу в «Или-или» - «Гармоническое развитие  человеческой личности: эстетических и этических начал» (прочтение желательное, но не обязательное)

Жить собственным внутренним временем - это освобождающая, но местами мучительная задача. Поторапливать себя, смотреть на календарь, вспоминать свой возраст (а, значит, сравнивать) - все это наработанные культурные привычки, которые в моменте обжигают как хлыст лошадь, растерянную на перекрестке. Парадоксально, но яснее не становится, в какую сторону в итоге осуществлять движение. А бежать куда-то из страха больше не хочется. Замереть, прислушаться, заскучать, потерпеть, выносить, ожидать - «непозволительная» роскошь, которой со мной сегодня в очередной раз поделился Рильке в своих «Письмах к молодому поэту». Пусть развитие Ваших взглядов движется своим собственным, тихим, нестесненным чередом; оно, как и всякое подлинное развитие, повинуется только своим законам, его ничем нельзя задержать, как нельзя и ускорить. Родиться может лишь то, что выношено; таков закон. Каждое впечатление, каждый зародыш чувства должен созреть до конца в себе самом, во тьме, в невысказанности, в подсознании, в той области, которая для нашего разума непостижима, и нужно смиренно и терпеливо дождаться часа, когда тебя осенит новая ясность: только это и значит – жить, как должен художник: все равно в творчестве или в понимании.Здесь временем ничего не измеришь, здесь год – ничто и десять лет – ничто. Быть художником – это значит: отказаться от расчета и счета, расти, как дерево, которое не торопит своих соков и встречает вешние бури без волнений, без страха, что за ними вслед не наступит лето. Оно придет. Но придет лишь для терпеливых, которые живут так, словно впереди у них вечность, так беззаботно-тихо и широко. Я учусь этому ежедневно, учусь в страданиях, которым я благодарен: терпение – это все!

Любимейший Кьеркегор в следующую среду на наших чтениях 💔💔💔

Онлайн-встреча 27 мая:Кьеркегор, «Или-или»В следующую среду совместно с психотерапевтом Александрой Лариной проводим встречу на стыке литературы, философии и терапии. Приглашаем как наших постоянных участников, так и новичков.В этот раз мы расскажем о Кьеркегоре и о его вкладе в понимание человеческого.Тексты датского религиозного философа XIX века в этом отношении - вещь образцовая. Его изящная мысль парадоксальна: граничит с абсурдом, прыгает в него. Она и может, и должна рассматриваться как в литературной, так и в психотерапевтической оптике. По-настоящему открыт Кьеркегор был экзистенциалистами, что неудивительно. Для увлеченного кругом вопросов, касающихся существования, стадий жизненного пути личности (сферы эстетики, этики и религии), страха и ужаса/тревоги, донжуанства, тошноты пресыщения, боли, конечности, выбора, антагонизма разума и веры и т.п. Кьеркегор неоценим. Кьеркегор - афористичен. Каждая страница сулит неизбежные открытия. Вот несколько цитат - пусть Кьеркегор говорит сам за себя:«В каждом человеке есть нечто, мешающее ему видеть свою душу насквозь; иногда это нечто разрастается до такой степени…что он почти не в состоянии открыть своей души другим»«Выбор сам по себе имеет решающее значение для внутреннего содержания личности: делая выбор, она вся наполняется выбранным, если же она не выбирает, то чахнет и гибнет»«Не стоит и труда вспоминать о том прошлом, которое не способно стать настоящим»«Теперь ему больше не нужны эти эротические нервные потрясения…ему не нужно теперь в конечном смысле слова постоянно прощаться с нею, поскольку он помнит ее в вечном смысле слова, и прекрасно знает, что те любящие, которые при расставании так стремятся увидеть друг друга ещё раз, последний раз, совершенно правы…полагая, что это будет в последний раз; ибо они-то как раз и забывают друг друга быстрее всего»«Одни только низшие натуры ищут закон своих действий в другом человеке, предпосылки своих действий - вне самих себя».Для слушателей мы сформируем контекст п

Завтра на чтениях мы разбираем «Дон(а) Кихота». И сразу — вопрос, который ставит в тупик уже четвёртое столетие: кем же он был? Сможете ли вы удержаться в его противоречивости, не поспешив выдать ему диагноз или, наоборот, не вознося поспешную хвалу?Если всё же захочется вынести свой вердикт, среди русских писателей вы найдёте поддержку — в одной из двух полярных команд. С одной стороны — Достоевский, с другой — Набоков. Их столкновение взглядов на Дон Кихота — не просто литературный спор, а настоящая вневременная дуэль.Взгляд первый: Достоевский — рыцарь как светлая мечта человечестваФёдор Михайлович, человек, который сам прошёл через расстрельную инсценировку, каторгу и эпилепсию, в Дон Кихоте увидел то, что редко кому удавалось разглядеть: святого. Он назвал его «положительно прекрасным человеком». Для Достоевского Кихот — не шут, не умалишённый и не трагикомический неудачник. Нет. Это человек, который верит в добро с такой силой, что эта вера перестаёт зависеть от реальности.Именно по тем же принципам существует князь Мышкин из «Идиота». Тот тоже всем верит, всех жалеет, всех хочет спасти — и в финале сходит с ума окончательно, раздавленный чужой жестокостью. Достоевский словно говорит нам: мир не готов к абсолютному добру. Оно либо погибает, либо объявляется безумием.Взгляд второй: Набоков — рыцарь как жертва литературного садизмаВладимир Набоков — стилист, эстет, холодный наблюдатель, который писал свои лекции о «Дон Кихоте» в эмиграции. И он буквально кипит от негодования. Для Набокова этот роман — не гимн человеколюбию, а «одна из самых жестоких и грубых книг, когда-либо написанных».Почему? Набоков сел и подсчитал: сколько раз Кихота бьют, сколько раз над ним издеваются, сколько раз его обманывают, плюют на него, раздевают догола, наряжают в дурацкий колпак. Получился длинный список унижений. И самое страшное для Набокова — всё это подаётся под соусом смеха. Читателю предлагают хохотать над падениями, побоями и унижением полубезумного старика.По мнению Набок

Онлайн-встреча 13 мая:Дон Кихот, или Сказка для взрослыхПо дороге в Университет обдумывал пролог к нашему литературно-терапевтическому обсуждению. В этот момент я поднял глаза и билборд встретился со мной. Что ж, этим текстом отвечаю на столкновение с Дон Кихотом.***Рыцарство как устойчивый образ жизни к XVI веку уходит, но один рыцарь - Дон Кихот - умирать не согласен.Кто он для нас - до сих пор неясно: карикатура? или воплощение мечты о справедливости?Рыцарь на страницах романа Сервантеса отказывается жить в среде обмельчания образцов для подражания. Нет больше живых кумиров - Дон Кихот сам делается таковым. Он берет идеал и создает захватывающую воронку новой реальности. Мир становится «проектом» его существования.Дон Кихот - это не только герой романа Сервантеса, живущий в начале 1600-х гг. в Испании. Дон Кихот - это тип человека. Как, скажем, тип Дон Жуана, он современная нам фигура.Сегодня Дон Кихотом оказывается любой, кто самоотверженно посягает на предрассудки, на привычный порядок вещей, на прописанные социумом коды «нормальности» ради… ради чего? Это нам и предстоит выяснить. Отнюдь не всякий протест - рыцарство Дон Кихота. Чего мы хотим, следуя за мечтой? Наш герой иллюстрирует особый механизм формирования желаний. Вслед за Рене Жираром мы назовём его «треугольным желанием».Кихотизм представляет из себя то ли болезнь, то ли благородное служение идеалу, то ли образец здорового самовыражения. Дон Кихот и формирует новую реальность (проактивен), и утопает в своих грезах и сновидениях (пассивен, ре-активен).В мире романа его принимают за сумасшедшего. Его обвиняют и оправдывают; любят и ненавидят; почитают и клянут. Отчего такой разброс мнений? Не оттого ли, что фантазии Дон Кихота так заразительны и затягивают в водоворот разрушительных сакральных переживаний?Герой стал заложником своего образа, идеальной биографии…Литературный Дон Кихот завладел Реальным Дон Кихотом.(К примеру, аналогичный механизм работает, когда мы усиленно поддерживаем свой цифровой про

Мужество жить | Александра Ларина pinned a photo

В этом месяце я раскрываю двери терапевтической практики чуть шире. Для тех, кто давно присматривался, и для тех, кто решился впервые.Акции месяца (до 05.06) 🕯 Первая встреча-знакомство — 50%1650 ₽ (вместо 3300 ₽)📚 Пакет из 4 встреч — 10%12 000 ₽ (вместо 13 200 ₽)🎧 2 места по специальным условиям:2300 ₽ за встречу (вместо 3300 ₽) с возможностью аудио-записи для моего личного анализа. Ваша анонимность и безопасность гарантированы. Ограничение длительности терапии: 3 месяца. Я помогаю с такими запросами как:– Трудности в коммуникации (границы, конфликты, страх общения, оценки других)– Проблемы в отношениях (одиночество, страх близости, ревность, переживание развода, трудности построения отношений)– Поиск себя (кризис, потеря смыслов, низкая самооценка)– Эмоциональная нестабильность (тревога, выгорание, паника, апатия, горевание, депрессия)Если вашего запроса нет в списке — напишите. Скажу, могу ли быть полезна.Особенности моего терапевтического почерка: это баланс творчества и рациональности.В работе я опираюсь на:→ исследование вашего бытия-в-мире — с его уникальной архитектурой, противоречиями и следствиями;→ майевтические техники — вопросы, которые помогают критически подойти к своим мировоззренческим установкам и родить ваши собственные смыслы;→ творческие эксперименты, арт-терапевтические техники — выход из клетки рационального;→ совместное чтение философии и художественной литературы — поиск культурных форм для проживания чувств и кризисов;→ обзор произведений искусства (кино, поэзия, живопись) — чтобы узнать себя в чужом образе и найти новые жизненные стратегии.Жду вас в наше совместное терапевтическое путешествие! По вопросам и записи пишите в ЛС 🌹

Channel name was changed to «Мужество жить | Александра Ларина»

Холст жизни дышащей Последние пару месяцев я не делилась тем, что происходит после переезда: событиями, переменами, внутренними движениями. Пора подвести новую черту и взглянуть на жизнь как на холст, где постепенно меняются сюжеты и цветовые акценты.1. Я ушла из текущего гештальт-института. Переосмысляю свой терапевтический путь и нахожусь в точке, где чувствую: метод и фундаментальные основания подхода не должны конфликтовать с мировоззренческой структурой терапевта (если ему важно эту структуру рефлексировать). Гештальт дал мне очень многое, и я продолжу использовать его техники как способы присутствия. Но мой взгляд устремлен — в сторону программ экзистенциальной психотерапии и, как вариант, понимающей психотерапии Василюка. До осени буду вдумчиво разбираться, идентичность какого типа терапевта готова в себе формировать.2. А пока решила пройти курс «Философия психиатрии и психопатологии» — чтобы углубить и проработать свои метапсихологические взгляды.3. Воспользовалась положением «жены философа» и попросила мужа вылечить мою интеллектуальную инвалидность (неспособность до сих пор уверенно ориентироваться в базовых философских областях и защищать свою позицию). За один день он составил программу на несколько месяцев и купил свежеизданный учебник Васильева. Теперь в неделе есть фиксированное время для наших занятий.4. Несколько месяцев занимаюсь церковным пением с моим замечательным преподавателем Юлией. Постепенно осваиваю базу, чтобы наконец решиться петь на клиросе полноценно и сделать это частью своей жизни.5. Каждое воскресенье мы с мужем ходим на Литургию, а после — в воскресную школу на разбор новозаветных текстов к дорогому отцу Александру Сатомскому. Восхищаемся его профессионализмом: умением сохранять академичность повествования и при этом трогать сердце — тонко и нежно.6. И конечно, подготовка и ведение литературного клуба, работа с клиентами. Это невероятный, интереснейший творческий процесс, который наполняет радостью и смыслом мои дни.7. В начале апр