Foxcool (darkfox.info)

Несмотря на то, что нарратив двух контуров я сам описывал в предыдущих статьях про деньги, мне не кажется эта идея настолько скоро реализуемой. Я рассматривал это скорее как wishful thinking "злокачественных суверенов" на чуть более отдаленное будущее. Китайский…Как никогда актуальны книги классиков русской литературы о лишних людях: внутри не будет работы и места для мало-мальски образованных и активных людей. Снаружи они тоже не нужны, так как создают конкуренцию за высококвалифицированные рабочие места, которые и так сокращаются по всему миру. Мечты о формировании глобального среднего класса цифровых кочевников, практикующих гео-арбитраж: с имуществом и доходами в разных странах, усиливающих конкуренцию юрисдикций, живущих так, как им хочется, превращаются скорее в класс "цифровых апатридов", которых методично душит финансово и регуляторно собственное государство, при этом никак нормально не интегрируют другие страны. Это не беженцы в привычном понимании. Ближайшая аналогия — иранская диаспора. Только в большинстве случаев без имущества, нормального доступа к школам, больницам, страхованию, счетам, прочей инфраструктуре и какой-либо надежде на стабильность. • https://www.forbes.ru/investicii/557842-dveri-zakryvautsa-kak-budut-nakazyvat-za-torgovlu-kriptovalutoj• https://t.me/mendeleevshina/10054• https://t.me/LexagencyLawStream/2719

Несмотря на то, что нарратив двух контуров я сам описывал в предыдущих статьях про деньги, мне не кажется эта идея настолько скоро реализуемой. Я рассматривал это скорее как wishful thinking "злокачественных суверенов" на чуть более отдаленное будущее. Китайский путь контролируемой проницаемости для ликвидности — "слишком круто для нашего цирка". У Китая есть полуторамиллиардная экономика с высокой добавленной стоимостью. Его не санкционируют, как страну-изгоя, а с ним борются торговыми войнами "на равных". Во-многом потому, что он не подставляется неразумными внешнеполитическими действиями, а играет тонко.Несмотря на авторитетность и экспертность автора канала Age_of_Crypt, идея того, что Китай пойдет на Тайвань, мне кажется такой же безумной, как и идея попытки американцев устраивать сухопутные операции. Главная ценность Тайваня — TSMC. В случае конфликта она превращается в руины, а нужный человеческий капитал оперативно вывозится. Сухопутная операция в горной стране с 85 миллионным населением, которое 40 лет готовится к этому сценарию — очередной удар по рынку нефти, гробы и чуть ли не гарантированная политическая смерть для любой американской администрации. Там, все-таки, не так "любят терпеть". Но, как уже бывало в последние годы, самые безумные предположения могут легко стать правдой.Парадокс: обменник, через который бизнес платит за турецкие станки — тот же обменник, через который программист выводит зарплату в Таиланд. Государство пытается разделить их регуляторно (ВЭД = можно, физлицо = 300k₽/год), но на практике это один пул ликвидности. Перекрывая один — ломаешь оба. Как с белыми списками: защищаешься непонятно от чего, но в итоге блокируешь жителям миллионников работу общественных туалетов.На мой взгляд, наиболее хорошо понимают проблемы простых людей как раз авторы статьи в Форбс. Есть люди, которые получают зарплату в РФ, и живут зарубежом. Есть те, кто живут в России и получают доллары криптой или на счёт в зарубежном банке. И тем, и другим нужно пере

Практика: гибрид и его границы Компромиссный вариант — PoA (Proof of Authority): ноды в регионах или лицензированных банках, разделение властей в коде (исполнительная = freeze(), судебная = unfreeze() по ордеру, изменения правил через парламентское большинство…В заключение цикла "Фиат для сторонников самопринадлежности"Деньги — это сложное и многогранное явление. Система отношений, эволюционирующая тысячи лет. Фиат это институт, выполняющий функцию эластичной кредитной машины с конкретными свойствами и ограничениями. Криптовалюты — не замена, а новая мета-архитектура параллельных институтов, решающая одни проблемы, но имеющая свои ограничения.Блокчейн это слой согласованности, прозрачности и подотчётности — как для крипто-инфраструктуры, так и для самой фиатной машины. Мосты между мирами возникают в разной форме: стейблкоины, оракулы, RWA, рынки предсказаний или, например, потенциальное применение к денежно-кредитной политике: не перезаписываемый задним числом реестр для операций ЦБ, смарт-контрактные ограничения на дискреционные полномочия, ZK-мосты к публичным сетям. Фиат сохраняет эластичность, а блокчейн делает злоупотребления дорогими и публичными. Парадоксальным образом, реализация таких решений работает на укрепление государственности: меньше теневого произвола в центре и на местах приводит к тому, что соблюдать собственные законы выгоднее, чем играть в исключения и привилегии.Отказ от восприятия термина trustless в наиболее максималистской форме (как полный отказ от доверия кому-либо) в пользу идеи децентрализации доверия и примата институционализма ("вся власть никому") позволит преодолевать фундаментальные проблемы сразу многих финансовых и политических систем. Ончейн-репутация, p2p trust networks, self-banking — децентрализованная реализация Identity/Intent/Recourse, совместимая с существующими институтами, но лишающая их монополии.CBDC и сопутствующие проекты есть попытки развернуть прогресс против его природы: централизовать то, что создано для децентр

Управление: блокчейн как конституционный протокол Заголовок статьи обещает «деньги и управление». Самый важный мост между фиатом и криптой — не стейблкоины и не RWA, а блокчейн как слой прозрачности и консистентности для самой денежно-кредитной и даже политической…Практика: гибрид и его границыКомпромиссный вариант — PoA (Proof of Authority): ноды в регионах или лицензированных банках, разделение властей в коде (исполнительная = freeze(), судебная = unfreeze() по ордеру, изменения правил через парламентское большинство в захардкоженном виде и т.п.). Эффект храповика здесь работает и в обратную сторону: государство принимает прозрачность для контроля нижних уровней — но привязывает и себя, укрепляя принципы разделения властей и верховенства права. Протокол сложнее откатить, чем закон.Но PoA — полумера. Государство контролирует валидаторов — и может менять правила. Permissioned chain под контролем исполнительной власти — распределённая БД с append-only свойствами, но без независимости от тех, чьи действия она фиксирует.Альтернатива — публичные чейны. К 2026 году США движутся именно туда: GENIUS Act защитил permissionless транзакции, RWA и стейблкоины разворачиваются на Ethereum и L2, Chainlink интегрирует фондовый рынок через оракулы. Trade-off другой: государство делегирует часть суверенитета сети — но именно это ограничивает его произвол. Майнеры могут цензурировать (OFAC + Tornado Cash), киты влияют на governance — но это распределённый произвол тысяч акторов с несовпадающими интересами, а не концентрированный одного.Вероятный исход — гибрид: государственные операции на permissioned layer, но с анкорингом в публичный чейн через ZK-доказательства. Государство публикует proof корректности операций, не раскрывая деталей транзакций. Собственный чейн — для суверенитета; публичный — для доверия. Это тот мост, который mBridge мог бы построить — но предпочёл закрытый контур.Никто не проектирует «криптогосударство» — но оптимизация издержек строит для него инфраструктуру.

CBDC и «Золотой стандарт 2.0» как регресс Центральные банки некоторых стран разрабатывают цифровые валюты. На первый взгляд кажется конвергенцией: государство заимствует у блокчейна программируемость, режим работы и скорость исполнения. На деле это антитеза…Управление: блокчейн как конституционный протоколЗаголовок статьи обещает «деньги и управление». Самый важный мост между фиатом и криптой — не стейблкоины и не RWA, а блокчейн как слой прозрачности и консистентности для самой денежно-кредитной и даже политической системы. Фиат обретает недостающую подотчётность, крипто-институты — легитимность.Кто перед кем должен быть прозраченCBDC делает граждан прозрачными для государства. Ончейн-управление делает государство прозрачным для граждан. Асимметрия наблюдения это не техническая деталь, а политический выбор. CBDC реализует Паноптикон Бентама: надзиратель видит заключённых, заключённые не видят надзирателя. Onchain-governance движется к обратному: власть прозрачна, а граждане приватны.Чёрный ящик Денежно-Кредитной ПолитикиВо второй статье мы описали фиатную машину как механизм. Но не как источник злоупотреблений. А злоупотребления системны, потому что дискреционные решения в ДКП скрыты по умолчанию.Discount window ЦБ: какой банк получает экстренную ликвидность, на каких условиях, под какой залог — это решения, определяющие, кто выживает в кризис, а кто нет. Публикуются с задержками, когда политические последствия для чиновников уже невозможны.QE allocations: ФРС в 2020 начала покупать корпоративные облигации — каких именно компаний, как отбирались фонды, кто лоббировал включение — непрозрачно.Валютные интервенции: Банк Японии регулярно интервенирует на валютном рынке, официально не подтверждая факт интервенции, пока данные не появятся в квартальном отчёте.Решения по спасению: Bear Stearns спасли, Lehman — нет; критерии этого выбора не закреплены ни в каком протоколе.Эффект храповика работает в ДКП так же, как в надзоре: каждый кризис расширяет периметр дискреционных

Debanking как реальная причина борьбы за приватность Censorship-resistant settlement звучит академично или даже маргинально, пока не станешь его целевой аудиторией. Например, в Канаде в 2022 решили заморозить счета дальнобойщиков за участие в протесте. Позже…CBDC и «Золотой стандарт 2.0» как регрессЦентральные банки некоторых стран разрабатывают цифровые валюты. На первый взгляд кажется конвергенцией: государство заимствует у блокчейна программируемость, режим работы и скорость исполнения. На деле это антитеза и self-banking, и даже фиату.CBDC есть централизованная мутабельная база данных с прямым проводом от государства к кошельку каждого гражданина: тотальная прозрачность для государства при нулевой прозрачности в обратную сторону, программируемые ограничения на траты, потенциальная ликвидация банковского слоя вместе с кредитной эластичностью. Бюрократические трения традиционного банкинга это не баг, а защитный механизм: каждый промежуточный шаг имел своего ответственного и создавал точку, где злоупотребление можно было заметить и оспорить. CBDC это трение убирает, оставляя гражданину роль оператора терминала, а не субъекта с правами. Здесь работает ирония автоматизации: чем удобнее CBDC, тем быстрее атрофируется навык финансовой самостоятельности и тем беспомощнее гражданин в момент, когда система обращается против него. Подробный разбор CBDC как антитезы суверенитету — в отдельной статье.Цифровые валюты — не единственная попытка государств зайти на территорию блокчейна. Параллельно появляются попытки создания межгосударственного расчётного слоя. Этакий «Золотой стандарт 2.0» в крипто-обёртке.Реальность скромнее маркетинга. Например, существуют два отдельных проекта, которые некоторые каналы смешивают в один. The Unit — пилот исследовательского института IRIAS: 100 токенов на Cardano, 40% золота, 60% корзина валют БРИКС, запущен в октябре 2025. Не валюта, а расчётный инструмент. mBridge — отдельный проект: оптовый CBDC-мост, который использует модифицированный к

Конвергенция и её цена GENIUS Act от 2025 года на первый взгляд защитил self-custody, но обязал внедрять функции заморозки для стейблкоинов. Суверенитет с оговорками. Вроде и справедливо: стейблкоины, являясь представлением доллара США, который является обязательством…Debanking как реальная причина борьбы за приватностьCensorship-resistant settlement звучит академично или даже маргинально, пока не станешь его целевой аудиторией. Например, в Канаде в 2022 решили заморозить счета дальнобойщиков за участие в протесте. Позже счета разблокировали и по суду действия признали неправомерными, но "осадочек остался". Россиянам после 2022 года швейцарские и ЕС-банки массово закрывают счета по паспорту, а не по санкционному списку.В некоторых странах не дают права на открытие счёта даже с ВНЖ, не говоря о долгосрочных визах и тем более туристических. При этом, очень многое завязано на наличие международной карты: одна из типичных проблем — оплата страховок и получение компенсаций по ним, когда счета в банках РФ не рассматриваются в принципе, а получить или даже сохранить существующий функциональный банковский счет — отдельный челленж. Это же, кстати, касается и вопросов получения и удержания SIM-карт, на которые заставляют привязывать различные аккаунты в системах вроде доставок и т.п.Эффект храповика: инструменты, созданные для дискриминируемых групп, расширяются на всех остальных. Для растущей группы людей — не идеологов и активистов, а обычных граждан, попавших под расширяющийся периметр контроля и хаотичных репрессий блокчейн перестаёт быть инвестицией и становится инфраструктурой выживания.Фронтенды как новый choke pointПосле санкций Tornado Cash большая часть блоков строились builder'ами, следовавшими OFAC-требованиям. Фронтенды DeFi-протоколов блокировали пользователей по геолокации. Safe{Wallet} недоступен из ряда юрисдикций при том что сам контракт permissionless.Ответ Ethereum — FOCIL (EIP-7805), запланированный на Hegota upgrade: механизм, заставляющий валидаторов

Pull и Push архитектура платежей Фиатная платёжная инфраструктура во многом построена на pull-модели. Когда ты даёшь банку, мерчанту или подписочному сервису реквизиты своей карты, ты предоставляешь им право списывать с тебя деньги. Безакцептные и рекуррентные…Конвергенция и её ценаGENIUS Act от 2025 года на первый взгляд защитил self-custody, но обязал внедрять функции заморозки для стейблкоинов. Суверенитет с оговорками. Вроде и справедливо: стейблкоины, являясь представлением доллара США, который является обязательством ФРС и мостом к госдолгу могут иметь какие-то свои элементы регулирования.Но оговорки множатся. В марте 2026 Treasury опубликовал отчёт (обязательство по GENIUS Act), где признал легитимность миксеров для приватности — в одном абзаце. В остальных страницах: предложение «hold law» (заморозка без суда), шестая специальная мера к Patriot Act для блокировки DeFi-переводов, «стимулирование инструментов цифровой идентификации». Право есть, но условия реализации (правоприменение) делают его декоративным. Параллельно SEC и CFTC запустили Project Crypto и позже подписали Меморандум о Взаимопонимании — единая таксономия активов, совместные проверки, координированный enforcement. Как в старых притчах развивается знакомый сюжет: провалившиеся попытки запретов сменяются попытками кооптации и помещения в периметр надзора на своих условиях.Одна рука даёт self-custody, другая строит identity layer поверх. Не choke point через банки (Operation Choke Point 2013), не через иски (Генслер 2022), а через инфраструктуру верификации. Элегантнее и страшнее.Хайековский эксперимент из первой статьи не закончился — но конкуренция оказалась не валютной, а identity-архитектурной:• Государственный panopticon: CBDC + social credit. Китай как пример.• Корпоративный panopticon: passkeys от Apple/Google + eIDAS 2.0. Европа.• Суверенная модель: self-custody + Decentralized IDentifiers и т.д. GENIUS Act как юрбаза, но службы исполнительной власти вроде казначейства строят identity-сл

Реализация механизмов доверия on-chain Эластичная эмиссия требует Identity, Intent, Recourse. Trustless-системы от них отказываются. Но это ложная дихотомия — если рассматривать trustless как бинарный переключатель. Виталик показал, что trustless — это спектр.…Pull и Push архитектура платежейФиатная платёжная инфраструктура во многом построена на pull-модели. Когда ты даёшь банку, мерчанту или подписочному сервису реквизиты своей карты, ты предоставляешь им право списывать с тебя деньги. Безакцептные и рекуррентные платежи как пример: кто-то другой инициирует движение твоих денег. Исторически это было удобным решением. На практике pull-модель стала архитектурной дырой и вектором массового мошенничества: скомпрометированные реквизиты позволяют списывать средства без ведома владельца, а оспаривание транзакций превращается в бюрократический ад.Блокчейн — push-only по дизайну. Никто не может списать с чужого кошелька средства без предварительно подписанного владельцем разрешения. Каждый платёж есть акт воли отправителя. Это фундаментально другая архитектура: не «я разрешаю тебе брать», а «я отправляю тебе». Со временем стали появляться и набирать популярность всякие аналоги: переводы по QR, СБП и т.п. Часто критикуют отсутствие нативных рекуррентных платежей в блокчейне. Но подписочная модель в фиате порождает свои злоупотребления. Dark UX паттерны стали индустриальным стандартом: подписка производится за один клик, а отписка уже через десять экранов, звонок в поддержку и ожидание. Целые бизнесы живут на пользователях, которые забыли отписаться. Pull-модель создаёт для этого идеальные условия, при которых деньги списываются по умолчанию, а бездействие работает на владельцев сервиса.Push-модель возвращает контроль отправителю: для проведения платежа нужно внимание и мотивация, а не наоборот. Однако, при здоровой потребности в регулярных платежах типа донатов в открытые проекты, периодические переводы действительно используемым сервисам инфраструктура уже появляется. Нап

Мосты между системами Фиатные стейблкоины USDT и USDC — доминирующие инструменты крипто-рынка. Они не создают новые деньги — они мостят фиатную ликвидность в крипто-рельсы. По менгеровской логике это закономерно: побеждает наиболее ликвидный инструмент,…Реализация механизмов доверия on-chainЭластичная эмиссия требует Identity, Intent, Recourse. Trustless-системы от них отказываются. Но это ложная дихотомия — если рассматривать trustless как бинарный переключатель. Виталик показал, что trustless — это спектр. Та же логика применима к кредиту.Ончейн-репутация, социальный граф, сети доверия — это децентрализованная реализация всех трёх столпов:Identity — верифицируемая репутация: история транзакций, выполненные обязательства, подтверждения контрагентов. Soulbound tokens (non-transferable NFTs), протоколы децентрализованной идентификации (DID), on-chain credentials — инфраструктура для identity без центрального реестра.Intent — on-chain track record. Паттерны кредитного поведения: кто как использовал предыдущие займы, какой процент возврата, в каких протоколах участвовал. Не банковский клерк оценивает бизнес-план — алгоритм анализирует историю.Recourse — социальный. Потеря репутации = потеря доступа к будущему кредиту, эйрдропам и т.д.. В p2p trust network дефолт уничтожает не только текущие отношения, но и будущие возможности. Банки и суды остаются как опциональный enforcement layer — для крупных сумм, сложных споров, физических активов. Но базовый enforcement — социальный и алгоритмический.В этой модели банк — одна из нод с высоким trust score. Кредитует с меньшим размером залога благодаря информации и более слаженной работе с инструментами государственного принуждения. Государство — арбитр последней инстанции на конкретной физической юрисдикции, но не оператор всеобщей и единственной БД. Все сохраняют роли, но теряют монополию. Это не замена кредитной системы, а её демократизация: self-banking, где каждый агент может быть кредитором и заёмщиком без банковской лицен

Протокольная эмиссия К счастью, кредит это не единственный способ создания новых денег. Блокчейн-протоколы проводят эмиссию иначе: через правила, записанные в коде. Обычно в виде награды для тех, кто поддерживает работу системы (майнеров, стейкеров и т.д.).…Мосты между системамиФиатные стейблкоиныUSDT и USDC — доминирующие инструменты крипто-рынка. Они не создают новые деньги — они мостят фиатную ликвидность в крипто-рельсы. По менгеровской логике это закономерно: побеждает наиболее ликвидный инструмент, а доллар — самый ликвидный актив на планете. Стейблкоины наследуют его ликвидность, добавляя свойства блокчейна: работу 24/7, программируемость, трансграничность без SWIFT.Ирония заслуживает внимания. Tether — один из крупнейших держателей US Treasuries в мире. Индустрия, созданная как альтернатива фиату, стала одним из крупнейших покупателей фиатного долга. Это не лицемерие — это подтверждение кредитной теории на практике. USDT — обязательство Tether, обеспеченное обязательствами правительства США. Слои долга до самого дна. Митчелл-Иннс не удивился бы.DAI и дрейф к RWAMakerDAO начинал как чистый crypto-collateralized стейблкоин — воплощение trustless идеала. К 2026 году значительная часть залога DAI это Real World Assets: US Treasuries, корпоративные бумаги. DAI стал обёрткой над фиатным залогом с on-chain управлением. Капитуляция и прагматизм одновременно: чистый crypto-collateral слишком волатилен, а гибридная модель работает — on-chain прозрачность и governance в сочетании с устойчивостью фиатного залога. Это та же история залоговой базы: диверсификация залога снижает корреляцию, но возвращает зависимость от оффчейн-мира.Объяснение напрашивается само собой. Доллар США — это обязательство Федеральной Резервной Системы. Привязка цены того или иного токена к нему предполагает связь с этой системой и госдолгом. Без этой связи привязка к цене валюты ведет к постоянному риску массовых ликвидаций из-за волатильности криптоактивов или чрезмерным блокировкам залогов для

Не знаю, как у вас, а у меня почти сразу возникает мысль, что почти все приятные, творческие и комфортные работы потенциально отлично покрываются, а вот всякие тяжелые, грязные и требующие нахождения на территории работодателя — не очень. 🌚https://www.anthropic.com/research/labor-market-impactsВ комментариях накидаю драфт размышлений

О проблемах реализации кредитной эмиссии на блокчейне Во второй статье мы видели, что кредитная эмиссия — распределённый mint(), доступный каждому лицензированному банку. Но этот mint() работает только потому, что банк знает заёмщика. Не в смысле KYC-галочки…Протокольная эмиссияК счастью, кредит это не единственный способ создания новых денег. Блокчейн-протоколы проводят эмиссию иначе: через правила, записанные в коде. Обычно в виде награды для тех, кто поддерживает работу системы (майнеров, стейкеров и т.д.).Майнинг биткойна у многих ассоциируется с добычей золота: работа, требующая доступа к энергии и специальному оборудованию позволяет претендовать не только на комиссию за переводы внутри сети, но и на часть новых монет, пока эмиссия проводится. Еще до прошлых хайпов я критиковал этот способ эмиссии из-за отсутствия теперь уже знаменитого фактора — "шкуры на кону": PoW майнер не зависит принципиально от устойчивости всей сети, у него нет заблокированных на ней ресурсов (стейка) и поэтому, как я считаю, таким майнерам нельзя давать статус лиц принимающих решения на уровне всей экосистемы. Но стоит признать, что механизм вполне неплохо живет и в текущем виде, а его консерватизм выполняет свои полезные функции. Несмотря на то, что эта эмиссия не эластична и не зависит от спроса, состояния рынков и прочего контекста, она позволяет таким образом "запечатывать ценность", которая может использоваться в качестве аналога товарных денег и, вероятно, одним из резервов для децентрализованных финансов. Как я уже упоминал, для меня современный эфириум выглядит значительно интереснее. Премия стейкерам минус сжигание части комиссии за транзакции позволяет чистой эмиссии становиться в моменте положительной или отрицательной в зависимости от сетевой активности. Де-факто это упрощенная, но функционирующая автоматизация монетарной политики: итоговое количество монет в системе корректируется использованием сети. Не кредитно-эластичное, но и не константное.Но не стоит забывать, что т

Фиат для сторонников самопринадлежности Часть 3: О пользе и перспективах применения блокчейна в контексте денег и управления Когда мир блокчейна только начинался, доминирующим мнением даже в технической среде был скепсис. Большинство говорили упрощёнными…О проблемах реализации кредитной эмиссии на блокчейнеВо второй статье мы видели, что кредитная эмиссия — распределённый mint(), доступный каждому лицензированному банку. Но этот mint() работает только потому, что банк знает заёмщика. Не в смысле KYC-галочки — а в смысле трёх вещей, без которых кредит невозможен:Identity — кто берёт деньги. Не абстрактный адрес, а конкретное лицо или компания с историей, активами, репутацией. Банк оценивает кредитоспособность не потому, что ему нравится бюрократия, а потому, что он создаёт деньги из ничего и рискует своим капиталом.Intent — зачем нужны деньги. Кредит на строительство завода и кредит на ставки в казино влекут за собой разные риски. Целевое использование влияет на вероятность возврата, а значит, на цену кредита и саму возможность его выдачи.Recourse — что происходит, если заёмщик не вернёт. Залог, судебное преследование, банкротство, реструктуризация. Весь аппарат правоприменения, который делает обязательство обязательным, а не добровольным.Trustless-системы по определению не оперируют ни одним из трёх. Код выполняет подписанное, не спрашивая «кто ты», «зачем тебе» и «что будет, если не вернёшь». Это элегантно для перевода существующих активов. Но это несовместимо с созданием новых денег через кредит.Тут важно оговориться, что мир банкинга тоже несколько отошел от идей прошлого. Это раньше банк был скорее локальным учреждением, в котором могли знать достаточно о жителях своего города и окрестностях, чтобы выносить какие-то суждения о платежеспособности и адекватности потенциального заемщика. Наше поколение имеет дело не с киношными местными банкирами, а с отделениями централизованных банковских сетей. Решение о предоставлении кредита или выдаче кредитной карты приним

Фиат для сторонников самопринадлежности Часть 2: Как работает фиат В первой статье мы разобрали три теории происхождения денег и выяснили, что фиат — не аномалия, а закономерная эволюция от товарной ликвидности к кредитной. Кредитная теория утверждает: деньги…Фиат для сторонников самопринадлежностиЧасть 3: О пользе и перспективах применения блокчейна в контексте денег и управленияКогда мир блокчейна только начинался, доминирующим мнением даже в технической среде был скепсис. Большинство говорили упрощёнными харталистскими нарративами: "Деньги — это то, что заставляет таковым считать государство." Интеллектуалы оперировали более интересными вещами — отсылками к проблеме дефляционной спирали, сетевого эффекта и других уже, надеюсь, понятных вещей.Через полтора десятилетия люди вполне массовых профессий порой получают оплату за свои услуги на блокчейне, а в местах, где концентрируется бизнес и люди из разных стран, процветают офлайн-обменники. Где-то даже отказываются от идеи CBDC и разрабатывают планы по интеграции "активов реального мира" (RWA) и банкинга с независимыми от государств блокчейн-проектами. И это все на фоне радикального падения нравов и качества работы традиционных институтов в последние годы: блокировок счетов, попыток ограничения финансовой и информационной связности, атак на приватность и другие элементы полноценной индивидуальной жизни. Для многих криптовалюты стали чуть ли не единственным надежным средством сохранения и обмена.Мир меняется настолько стремительно, что, вероятно, какие-то проблемы и ограничения, описываемые в разделах этой статьи, могут скоро потерять актуальность. Отчасти, в этом и есть счастье причастности к философско-технологическому фронтиру мирового сообщества - возможность соприкасаться не только с последствиями реакционных активностей политиков, но и с чем-то прекрасным и поднимающим нас на новый уровень.Но пока я пишу эту статью, SEC и CFTC подписывают соглашение о совместном регулировании крипты, а Treasury предлагает рас