Фокусировка | Психология

А это кусочек из книги. Перлз смешной.

Добралась до гештальтистской литературы. Началось все с томика отца нашего Фрица Перлза, который я обнаружила в своем рабочем кабинете (кто-то из коллег оставил, всяческих благ ему за это, конечно). «Внутри и вне помойного ведра» называется. Этакий поток сознания, записанный, похоже, без какого-либо четкого плана. Там и про жизнь, и про гештальт, и про отношения с другими психоаналитиками того времени, все вперемешку. То, что меня увлекло: жизнь человека в эпоху перемен (Перлз сменил кучу стран), работа психотерапевтом за еду (когда немецкая марка практически обесценилась, а инфляция улетела в небеса), основание двух институтов (одного — психоаналитического в Африке, второго — гештальтистского в Нью-Йорке). В целом, этого было достаточно для подкрепления моей веры в то, что можно работать и развиваться (хотя бы пытаться) даже в ситуации хронического стресса. Главное, чтобы был интерес. Благо, он есть и все еще держится. А уже через два месяца начинается мое обучение на 3 ступени, вот бы дожитьПыталась записать вам новогодний ролик с поздравлениями, но села это делать уже в состоянии болезни, поэтому сил хватило только на говорение (кажется, там было что-то про символизацию, психолог с температурой — страшное зрелище). Даже не отсматривала, что вышло, да и поздно уже. Хотя новогоднее видео в феврале — есть в этом что-то.

Почему говорят, что терапия не про счастьеИ что продвижение и рост сопровождаются ощущением, что стало сложнее. Потому что рост и есть усложнение. Более сложные варианты реагирования, более сложное восприятие (многосоставное, цельное, в отличие от простого черно-белого мышления), более сложные психические защиты. Больше чувств удается замечать и выносить в своем собственном внутреннем пространстве, а не отщеплять их в других людей, не диссоциировать.Дальше будет небольшая зарисовка про то, как может выглядеть прогресс в терапии (но как он поначалу совсем не ощущается прогрессом)К примеру, мама не была хорошим контейнером, то есть не могла спокойно и доброжелательно выдерживать интенсивные переживания младенца и сочувствовать ему в его сложности (причин для этого масса, начиная от тяжелых нарциссических нарушений, заканчивая постродовой депрессией, но мы сейчас не про маму, а про результат). Быть рядом, слышать ужасный крик, видеть слезы, и не раздражаться, а возвращать ребенку его сырые переживания в удобоваримом виде («кажется, ты проголодался/замерз/испугался») — функция хорошего контейнера. Мама «берет в себя» сложное и невыносимое для ребенка и возвращает то, что он может вынести. Этот процесс называется контейнирование.Вы можете представить себе этот эффект, если вспомните, как долго терзались чем-то не вполне понятным и тяжелым, мир казался ужасным и бессмысленным, а потом вы поели, и все стало хорошо. И теперь, когда вы голодны, то уже знаете, про что эти катастрофические переживания. Мир не рушится, это просто голод.Если мама так делает более-менее регулярно, ребенок постепенно перенимает у нее эту функцию, и внутри вырастает собственный контейнер для переработки тяжелого и неясного в удобоваримое и понятное. Если у мамы не вышло, ребенок не научается безболезненно справляться со своими эмоциями самостоятельно. И дальше есть много разных прикольных (на самом деле нет) вариантов, куда можно девать свои невыносимые эмоции. Примерно про это все психические защи

Потому что дальше открывается возможность свои потребности удовлетворять, новый корректирующий опыт приобретать, учиться неразрушительным для себя образом горевать и уже наконец идти дальше.

Зарисовка про эффект Даннинга-КрюгераЧеловек говорит: я разбил вазу. Хорошая была, дорогая сердцу. А еще я думаю, что осенью нужно есть яблоки. Сосны вкусно пахнут, а в море холодно и страшно. Под одеялом снятся кошмары, выходит, нужно спать без него. А я сижу и недоумеваю, как меня угораздило в какой-то момент (пару-тройку лет назад) подумать, что я уже все про психотерапию поняла и всячески в ней преисполнилась. И по этой причине даже на какой-то период от работы заскучать. Потому что в сказанном скорее всего есть какая-то связь, я ее сейчас чувствую, но в упор не вижу. И иду к супервизору, спрашиваю, как блин связаны море и яблоки? И почему про вазу мне не грустно, а одеяло страшно хочется навязать против желания, потому что ну как это — спать без него?А супервизор говорит: здорово у тебя чувствительность работает. И еще что-то про расщепление и внутренний объект. Становится чуть более ясно (в моменте, потому что потом придется еще несколько раз мне это повторить, чтобы в голове уложилось). Воистину, чем больше знаешь, тем меньше знаешь.

Человек думает, что про доказательность в терапии никому не будет интересно. Как же он не прав!

А вот и очередная часть статьи про "доказательность" психотерапии подъехала для тех кто следит:https://telegra.ph/EHffektivna-li-psihoterapiya-10-07Я не знаю смогу ли я закончить эту статью, или это как ремонт, который можно только прекратить.Но, не смотря на огромное количество времени и сил, которые я затрачиваю на эту, походу, никому кроме меня не нужную деятельность, я вижу для себя как минимум два профита:1. Навожу некоторую ясность с этим вопросом в своей башке2. Разминаюсь перед диссером

Легко ли заметить гирю, привязанную к руке?Например, если рука у вас сломана, сложно не заметить, насколько снижается ваша функциональность. Привычные действия, не занимающие много ресурсов, перестают таковыми быть. Одеваться, есть, мыться — на все это теперь нужно тратить дополнительные силы, которых может уже не хватать на более сложную деятельность. Сверхусилие становится заметным, хотя даже в этой ситуации человек может продолжать требовать от себя результатов здорового человека с полностью функционирующей рукой. Однако в том случае, когда ограничение налицо, его легче принять и учесть. Гирю видно. Гири не было вчера, а сегодня она появилась. Я еще помню, как это — без нее. А теперь представьте, что ее не видно. Сейчас много говорят про то, что на фоне большого стресса не стоит ждать от себя тех же результатов, что были раньше, в ситуации условной нормы. Мне близок пример с эмиграцией. И мне правда очень не нравится то, что для меня сейчас большим успехом стало не значительное повышение заработка, новый крутой проект или увеличение накоплений, а банальный выход в ноль и жизнь по средствам. Два года у меня ушло на то, чтобы научиться в новых реалиях тратить не больше, чем я зарабатываю (и это мне еще повезло, у меня была финансовая подушка). Про снижение требований к себе сейчас говорят именно потому, что это далеко не очевидно даже в ситуации радикальных жизненных изменений. Ведь руки и ноги целы, работа есть, а что там в психике происходит, куда уходит тонна энергии и как интенсивно ты эмоционально и когнитивно вкладываешься, чтобы даже не двигаться вперед, а хотя бы оставаться на месте — этого невооруженным глазом не видно. Но все еще можно соотнестись с собой в прошлом, позамечать изменения и сделать вывод не о своей несостоятельности, а об огромной внутренней работе, которая сжирает все силы. А теперь давайте усложним задачу тем, что гирю не только не видно, но она была всегда (или так кажется, и не получается вспомнить, как это — иначе). Вот здесь самая мяк

Учиться новому сложно. Переучиваться еще сложнее. Познакомиться с ребенком на игровой площадке может быть смутительно, но все равно интересно. А вот если за плечами опыт того, что людям в целом доверять нельзя, потому что и дома особенно ничем душевным не поделишься, и в школе травили, новые знакомства будут приносить чаще негативные переживания. С таким грузом построить доверительные близкие отношения будет в разы сложнее. Но этого груза не видно, пока кто-то несколько раз не покажет на него пальцем. А потом его все равно не хочется учитывать и соглашаться с его наличием (потому что грустно, и зло, и больно). И только при наличии достаточных свободных ресурсов можно потихоньку думать, как его уменьшить.К чему это все. Если пилить себя за свои ограничения, сил на примирение и с ними и их разрешение остается сильно меньше. Парадоксальная теория изменений в гештальт-терапии гласит о том, что изменения не начнутся, пока ты не примешь текущую ситуацию. Метакогнитивная терапия говорит нам о том, что пока ты стараешься избавиться от симптома, он будет только усиливаться. Вопрос «что делать?» очень жизненный и по-человечески понятный, но ответ на него в подавляющем большинстве случаев совсем не нужен. Психика сама все сделает, если ее не торопить и дать достаточно поддержки. Надеюсь, кому-то этот текст ее подкинет.

Вы могли бы справедливо возразить: «Но Маша, здесь же нет окна!», и были бы совершенно правы. Но я поясню свою безудержную радость на фоне этого досадного обстоятельства. Дело в том, что здесь есть один плюс, который перекрывает тоску по красивым деревьям и возможности безграничного доступа к свежему воздуху. Здесь есть ясные границы. А это то, что является обязательным пунктом терапевтической работы. Границы включают в себя наличие расписания в гугл-доке, ясные договоренности по гарантиям доступности рабочего места, правила внесения/переноса оплаты за аренду и снятие с меня обязательств по распоряжению ключом от пространства. Больше не будет ситуаций, когда в моем кабинете, где я работаю в одно и то же время уже несколько месяцев, внезапно появляется необходимость самостоятельно отстаивать право оставаться там и дальше (потому что ничего ни за кем не закреплено). Больше не нужно будет в свои выходные/рабочие часы нестись через весь город отдавать/забирать ключ, потому что ключей этих на всех специалистов не хватает. Больше не нужно фоном выдерживать тревогу и вину, что я перенесла/отменила сессию за сутки/двое/трое до назначенного времени, потому что нет никакой договоренности про отмены, каждый раз это решается заново. А психологи, вопреки нарциссическим фантазиям, тоже люди, и из родительской семьи мне достались сложности с отстаиванием границ. Да, я это делаю, но нет, мне все равно нифига не легко. Короче, все это так сильно перевешивает окно, что я, пожалуй, еще какое-то время просто порадуюсь этому.

Щепотка рекомендаций и объявленийВо-первых, мой лучший друг с коллегой собирают терапевтическую группу. Я когда-нибудь тоже обязательно научусь их собирать, а пока можете залететь к нему (и заодно поздравить с др, который был вчера!)Во-вторых, мой приятель и коллега Илья @psychology_kursk начал активно развиваться в терапии, вести канал и искать клиентов. Например, здесь он немного пишет про ролевые настолки (моя большая любовь). Можете зайти поинтересоваться. И в-последних, я-таки нашла крутой кабинет в Ереване. Так что есть одно место для офлайн терапии по пятницам или субботам. В целом все. На неделе похвастаюсь кабинетом!

Оказывается, если договориться, что мы вообще-то скоро завершаем работу, появляется много разных чувств, которые не разворачиваются, если завершить терапию одной сессией (или текстовым сообщением своему терапевту). А если основной запрос был именно на сепарацию/страх брошенности, то львиная доля возможного результата просто уходит в мусорку. Держу в голове, что могу быть излишне категорична, потому что говорю, исходя из своего личного опыта, и только начинаю на эту тему что-то читать.Знаю, что дальше лично в моей очереди на расширение осознавания идет контекст всей целиком сессии и ее динамики — что говорит клиент сначала, что идет после, чем сессия завершается. Почему он вспомнил это именно сейчас, что было перед этим? Что позволило ему почувствовать себя определенным образом? Здесь тоже будут паттерны, темы и смыслы, связанные между собой. Дальше идет контекст нескольких сессий, потому что сказанное/не сказанное и сделанное/ не сделанное терапевтом может потом всплыть через долгое время, отразиться на процессе терапии, на чувствах и поведении клиента. Есть еще контекст всей терапии целиком. Это то, что я сейчас (очень медленно) учусь делать на супервизии. А вот еще один аспект, который кажется мне почти магическим (ладно, я уже начинаю понимать, как это работает, так что магическая составляющая потихоньку рассеивается). Не только клиенту что-то внезапно приходит в голову, но и терапевт может "случайно" подумать о чем-то, что с первого взгляда кажется не относящимся к процессу работы. Что-то вспомнить, о чем-то начать переживать. И это, блин, тоже, оказывается, вплетается в поле работы, рождается из него, а значит может быть проанализировано и связано. И это даже не интервенции в полной мере, в том смысле, что сам клиент этого отследить не сможет. Пока терапевт все это обдумывает, он может просто молчать, а внутренняя работа проходит колоссальная. С опытом и тренировками психическое пространство, в котором разворачиваются все эти процессы, расширяется, и терапевт м

Про то, чем занята голова терапевта на сессиях и междуПока ты учишься терапии (то есть всегда), твой рабочий аппарат расширяется. На большее получается обращать внимание, большее количество переживаний удается уместить внутри себя и не расплескать на клиента, внутри образовывается пространство, в котором можно думать, анализировать и связывать. Когда я только начинала учиться, работа выходила максимально интуитивной, и лишь на супервизии, за пределами сессии, удавалось выдохнуть и подумать, а что же ты блин делала? На что были направлены интервенции? Зачем сказала вот это? Почему обратила внимание вот на это? К чему все это в итоге привело? Оказывается, что где-то ты работаешь на клиента (поддерживаешь осознавание, например), а где-то — на себя (торопишь его принять какое-то решение, потому что и сама себя торопишь, но не замечаешь этого). Потихоньку расширяется осознавание, слой за слоем добавляются новые контексты — есть то, что говорит клиент. То, что он чувствует в процессе. То, как ведет себя его тело (телесность у меня просаживается почти всегда, особенно в формате онлайн, когда само тело почти не явлено). Дальше добавляется контекст терапевта — что думает, чувствует, ощущает, вспоминает терапевт, пока клиент что-то говорит/чувствует/ощущает? Это дополняет картинку, делает более объемной ситуацию и сложность, с которой клиент пришел. Можно увидеть и то, каково другим людям с клиентом, и то, что клиент из себя выталкивает, эвакуирует в другого (к примеру, говорит, что ему нужно быть идеальным, и не очень чувствует свой стыд, зато этот стыд чувствует терапевт, потому что он и сам не идеален; и хорошо, если чувствует, потому что если он его тоже вытесняет, начинается безудержное достигаторство с обеих сторон, когда оба не в контакте с реальностью). Следующее расширение — историческая перспектива: а как такой способ функционирования/поведения сложился? Это еще и история про перенос/контрперенос. Кого видит сейчас во мне клиент? Кого вижу в нем я? Каким он чувствуе

Ждала, когда появятся силы на написание текстов. Ждать пришлось долго. За прошедшие месяцы я успела переехать и адаптироваться в новой стране, сильно заболеть, ухаживать за болеющим и разобраться в медицинской системе Армении (включая вызов скорой, пребывание в стационаре со всеми прилегающими процедурами и операциями), съездить в отпуск в Россию (плохая была идея, Маша, никогда так больше не делай) и тусить в Курске, ожидая готовности документов, под рев сирен и грохот пво, а также свалиться в отыгрывание и помочь вывезти из области нескольких брошенных животных. И вот только сейчас, когда в фоновых звуках мне больше не мерещится сирена, грохот на улице больше не похож на взрывы, а животные снова вызывают скорее позитивные переживания, у меня появляется чувство, что дела нормализовались. Мне снова интересно читать книжки, я взяла нескольких новых клиентов и сегодня (о чудо!) у меня появилось желание что-то сюда написать и разобраться внутри себя с каналом. Вот знаете это чувство, когда ты во что-то был так сильно включен, так много всего сделал, а потом желание начало куда-то испаряться, и как бы ты себя ни пинал, уже не возвращается? Мерзкое чувство. Не хочется терять что-то, что приносило тебе так много позитивных переживаний. Так у меня произошло с Фокусировкой. В самом начале меня, как клиента, увлекала тема зависимостей, и поэтому было так много контента на эту тему. Потом я стала больше думать про травмы, опять же в личном ключе, и стала писать про это. Сейчас я наконец-то могу признаться себе, что меня больше не увлекает идея описывать какие-то психические процессы вне терапии. А то, что увлекает, как будто бы больше находится в сфере интересов специалистов. Например, в текущий момент мои мысли кружатся вокруг терапевтических границ и сеттинга. Все эти штуки про оплату пропущенной сессии, про растягивание времени работы до полного удовлетворения клиента в моменте (недавно узнала, что некоторые специалисты могут сидеть и по два, и по три часа), и в особенност

Эффективность психотерапииЧасть 2#от_лица_психолога Ура, этот цикл постов, в отличие от прочих, не закончился на первом и имеет продолжение! (предыдущий пост лежит здесь) Дальше говорим об аспектах психотерапии, необходимых для ее эффективности. На самом деле, они все друг с другом связаны, как оно обычно и бывает. 2. ЭкспозицияЭто второй аспект работы психотерапевта, который прямо влияет на ее эффективность. Что это такое? Это активация и поддержание тех болезненных/травматичных/дезадаптивных паттернов переживаний, которые и составляют проблему, что делает их доступными для работы. Ну то есть если моя проблема в том, что все женщины кажутся мне опасными, критикующими и отвергающими, работа с экспозицией начнется в тот момент, когда моя терапевтка покажется мне именно такой, а я дам ей об этом знать. И, кстати, завершится эта работа ровно в тот момент, когда специалистка, напуганная той негативной ролью, что я на нее навесила, начнет меня уверять в своей теплоте и принятии. И тогда я, конечно, смогу постараться чуть более объективно смотреть на реальность вокруг себя, но моя внутренняя реальность скроется от осознанного переживания и перестанет быть доступной для вмешательства до следующего неясного (но скорее всего оценивающего!) взгляда извне. Я напомню, что эти аспекты эффективности терапии — кроссметодологические, то есть верны для разных направлений. И в поведенческой терапии есть своя экспозиция (там они работают, к примеру, с симптомами фобии или обсессивно-компульсивными проявлениями), и в метакогнитивной терапии (где ты должен не избегать своих мыслей/чувств/ощущений, а отстраненно за ними наблюдать), и в EMDR, и вообще везде. Единственное важное уточнение состоит в том, что любая экспозиция должна ложиться на базу из доверительных отношений с терапевтом и способности клиента к эмоциональной регуляции, потому что слишком сильное возбуждение тормозит процессы обучения и запускает систему реагирования на опасность. Об этом как раз следующая часть. 3. Уровень