house of culture

Начав самостоятельно искать музыку, я быстро стал большим фанатом Black Sabbath. Их невозможно было не полюбить, увлекаясь атмосферной тяжелой музыкой — до сих пор считаю, что почти все крутое в думе и стоунере было придумано на Master of Reality.Они из тех счастливцев, кому очень повезло с наследием. Мало того, что десятки отличных групп выросли из разных периодов сэббетовского саунда, так еще и их песни получили массу выдающихся каверов.Если выделять один любимый, это будет Solitude группы Ulver. Предельно вмазанный даркджаз с пробирающе низким голосом вокалиста Кристофера Рюгга.Solitude и так одна из самых нежных и меланхоличных песен Блэк Сэббет, а Ulver довели эти черты до максимальных значений. Невесомые гармонии и чуть слышные трайбловые перкуссии плавают в каком-то очень приятном мареве, чтобы утонуть потом в дрожащих звуках трубы.Будто задремав после долгого жаркого дня, постепенно проваливаешься в сон, и всё куда то отдаляется, становясь совершенно неважным.

Кусочек своего раннего детства, пришедшегося на конец 90-е и начало нулевых я помню совсем мельком. Отрывочными, почти забытыми сценами и обрывками взрослых разговоров. Но я помню, что это было захватывающе-страшное время. По улицам тогда ходили похожие на разные племена группы молодых людей. Они носили с собой бумбоксы, были безумно одеты и непредсказуемо себя вели. Они казались крохотному мне чуть ли не полубогами, и все внутри дрожало от мысли о том, чтобы вырасти и стать таким же. На улицах тогда лилась настоящая кровь, а законы существовали больше на бумаге. Я помню ужас и восхищение перед футбольными фанатами, с которыми однажды довелось ехать в одном вагоне, а также нацболовские граффити буквально повсюду.Теперь я узнаю про эти времена по книгам и фильмам, и кажется, что мы живем в совершенно другом мире. Не прав был Головин, Дионис окончательно покинул наш мир как минимум в конце нулевых.По Мирче Элиаде — большинство ритуалов и праздников это возвращение Священного Времени, которое «является первичным мифическим Временем, преобразованным в настоящее». У нас нет другого священного времени, кроме времени детства. И один из способов туда вернуться — пережить трансгрессивный опыт. Либо соприкоснуться с чем-то синонимичным этой памяти. Песни группы Red Temple Spirits работают для меня именно так, хоть я и услышал их впервые, находясь в сознательном возрасте.началоКусочек своего раннего детства, пришедшегося на конец 90-е и начало нулевых я помню совсем мельком. Отрывочными, почти забытыми сценами и обрывками взрослых разговоров. Но я помню, что это было захватывающе-страшное время. По улицам тогда ходили похожие на разные племена группы молодых людей. Они носили с собой бумбоксы, были безумно одеты и непредсказуемо себя вели. Они казались крохотному мне чуть ли не полубогами, и все внутри дрожало от мысли о том, чтобы вырасти и стать таким же. На улицах тогда лилась настоящая кровь, а законы существовали больше на бумаге. Я помню ужас и восхищение перед футбольны

Похожая магия есть и в лайвах Red Temple Spirits. Вот запись концерта в Нью-Йорке 1989 года. Он мало похож на перформанс типичной постпанк группы, больше напоминая индейский обряд. Как пелось в их песнеWalking in the moonlight, I won't close my eyesI'm an Indian, I'm an African Нашлось на альбоме место и для эзотерического христианства, как в песне «Light Of Christ / This Hollow Ground», где лирический герой взывал к «свету Христа».Альбом «Dancing To Restore An Eclipsed Moon» извергался отчаянным мистицизмом и напоминал то, что позднее будут делать Эдик Старков и «Химера». Red Temple Spirits создавали почти шугейзовую динамику, но при этом звучали очень целенаправленно и даже остро, в этом не было зачастую свойственной группам жанра разболтанности и бесхребетности.Второй альбом вышел в следующем, 1989 году, и назывался «If Tomorrow I Were Leaving For Lhasa, I Wouldn’t Stay A Minute More», и отличался меньшим религиозным синкретизмом, будучи почти целиком посвящен буддийской тематике. На его обложке изображена мандала Шри Хеваджры. В центре находится главное божество, Шри Хеваджра, в объятиях своей супруги, Вайра Найратмьи. Шри Хеваджра символизирует действие, а его супруга — мудрость. Они находятся в состоянии недвойственности — когда невозможно сказать, где заканчивается одно и начинается другое. Результат этого союза — просветление.And I can't face another night aloneAnd it's over with you and it's the same with meI don't know how to make things rightThere's no magic writing on the wallAnd I can't bear another night like this — пели Red Temple Spirits на первой же песне «City of Millions», описывая вполне обычную ситуацию, с которой зачастую начинается духовный путь: чувство тревоги, растерянности и одиночества посреди ночи. В песне «Meltdown» Уильям Фэйрклот придерживается такой же ясной образности:I've been a prisoner to fate A victim much too long Sometimes you have to take the bull by the horns And slow the wheel of karma down As the walls of the city shake На

Какие у меня первые воспоминания про лето? Изнурительная жара, вкус колы, запах раскаленных шпал, стрекот кузнечиков, высокое, почти желтое небо и солнечное сияние всюду, куда ни глянь. Казалось, его излучают многочисленные насекомые и пыльца, рассеянная в воздухе.В какой-то из летних вечеров я впервые услышал слово, заставившее меня внутренне замереть — Нирвана. Мне повезло узнать его сразу в значении, близком к первоначальному. Это была ассоциация с чем-то вроде абсолютной свободы, переходящей в экстаз от самой себя. По крайней мере, так я бы описал её сейчас, роясь в своей памяти.Лето — особая, даже священная пора для детства. Все, что происходит тогда, потом ложится в основу собственного мифа. В другие времена года плотность событий ниже, да и они будто меньше откладываются в памяти, тогда как лето без всяких скидок можно назвать отдельной жизнью. Мы никогда не бываем так близки к тому, что называется просветлением, как летом детства с его уходящим в бесконечность пространством для любых вариантов развития событий.Но детство это еще и довольно страшное время. Не единожды говорилось, что подобно первобытному человеку, ребенок знает, что реальность скрывает под личиной обыденности. У всех объектов есть свое внутреннее, неподвластное логике измерение, а мир в целом пугает своей непознаваемостью, и каждый день может завершиться концом света. И в этом, конечно же, есть та романтика, которая живет в нас всю оставшуюся жизнь. Зачастую она — это источник сильнейших творческих импульсов.В музыке один из самых больших прыжков в детство, как известно, был у Pink Floyd во времена Сида Барретта. Наверное, они и проторили дорогу для всех следующих пропащих романтиков, кто не хотел взрослеть. Другой сопоставимый пример, который приходит на ум — The Doors. Но если у первых в лучших вещах это была эйфория космическая, то у вторых как раз таки темная, пугающая сторона детства. Но вот 60-е закончились, и следующая психоделическая революция началась уже в конце 80-х. Тогда то в Кал

такой вопрос: как вам удобнее читать длинные тексты, отдельными постами или как статью на сабстеке?намечается что-то типа лонга, и я не очень хочу его дробить, но опасаюсь, что все забьют переходить по ссылке

Вот это конечно коллаба уровня урал гайсин фит Михаил Елизаров. До сих пор чувство некоторой дереализации от трека. Который, кстати, хорош. Дэвид Тибет отлично звучит в таком сказочно-мультяшном антураже. Он в принципе и сам делал что-то подобное, только аналоговое, а тут цифровое. Времена меняются, но суть остается прежней.P.S. Альбом тоже понравился. Первый у Блейда, который я смог дослушать до конца и не уснуть.

Напоминаю, что у меня есть большой вне жанровый плейлист на спотике с хорошей зарубежной музыкой. В нем мало рэпа, но в избытке гитар, соула и электроники. А еще я его периодически дополняю, поэтому там уже набралось треков на 11 часов. Приятного прослушивания!слушатьслушатьслушать

Прочитал книгу Аркадия Романова «Это было в России» — первое большое исследование российской музыки 2010-х годов.Это скорее удачная попытка «объять необъятное», поскольку автор поставил амбициозную задачу описать всю музыку на русском, записанную в том десятилетии, и оставившую заметный след в массовом сознании.При таком подходе одни явления оказались неизбежно более широко освещены, чем другие. Аркадий был участником еще первых Версусов, поэтому развитие хип-хоп культуры наблюдал изнутри, соответственно эта сфера оказалась наиболее охвачена. Что вполне оправдано, учитывая, что именно тогда рэпчик стал главным жанром.Аркадий пишет живо и ярко, признаюсь, это было достаточно увлекательное чтение. Искренний интерес автора к своей теме заразителен — несколько раз ловил себя на мысли, что хочу послушать артистов, к которым до этого относился индифферентно.В то же время слегка комично выглядят исторические параллели, где он сравнивает Горшка с Александром Македонским, а Даниэля Харвеста с Лениным. Но по себе знаю, как трудно будучи историком, от них полностью отказаться.В некоторых моментах Аркадий дает довольно радикальные оценочные суждения, как, например, в отношении последователей Пошлой Молли, таких как МУККА, не раскрывая сути своей претензии, отчего не вполне понятно, в какой степени это объективная критика, а в какой личная неприязнь.Впрочем, такие небольшие моменты не портят общее впечатление от книги. Единственное, что меня разочаровало — это отсутствие библиографического указателя. Учитывая объём проделанной работы и задействованных источников, это очень важная и необходимая вещь, которая позволила бы углубить погружение в материал и даже выйти за рамки авторской оптики.Главная же заслуга Романова в том, что ему удалось убедительно систематизировать такое большое и разрозненное явление. Поскольку это первый такой большой труд, посвященный теме, вполне возможно, что предложенная Аркадием система послужит фундаментом для будущих исследований.Пока читал, у меня в

Превращение музыки в функцию — на мой взгляд, следствие роста креативных индустрий. Слишком много стало людей связанных с контентом, и производящих его. Таковы реалии очередной промышленной революции. Как бы то ни было, контент это такой же товар, как и любой другой. А потому выебываться тем, что ты слушаешь дум метал, а не попсу нынче так же странно, как кичиться тем, что покупаешь йогурт с более необычным вкусом, чем продается в стандартном супермаркете.Конечно, это не обесценило саму музыку и ее содержание. Просто сбавило уровень элитарности. Да и с развитием тех же думающих нейронок и сайтов по типу RYM шарить стало значительно легче. Более того, найти крутую музыку стало легче, чем когда либо.  Плохого в этом я не вижу, тенденция более широкого доступа к знаниям кажется мне исключительно положительной. Пусть даже, ценность некоторых из них падает.По моим наблюдениям, субкультурность стала больше материальной. Винил, кассеты, старые приставки, малоизвестные видеоигры — и далее в таком духе. Обладание редкой пластинкой, проходка на закрытую тусу, принадлежность к узкому кругу — вот маркеры элитарности, ставшие теперь основными. В некоторой степени, статусное потребление превратилось в самый понятный способ выделиться.Заглядывая в будущее, осторожно предположу, что если не произойдет новой культурной революции, главными субкультурами станут те, что собираются вокруг конкретного дела. Условные дрифтер или страйкболист возможно уже стали большей субкультурой, чем эмо. Да и в целом, может оказаться так, что образ жизни будет больше определять нас, чем принадлежность цеху или ремеслу, как это было раньше. Хотя, реальность как всегда окажется многомернее, и это будет какая-то неведомая пока совокупность факторов.начало

Музыка перестает быть субкультурной историей, и становится просто музыкой. Этим процессам уже много лет, и про них писали многие умные люди, но в последний год у происходящего появились очертания, которые раньше не были заметны.С одной стороны, нейрослоп и алгоритмы стримингов заваливают слушателей контентом, с другой ранее нишевые истории становятся общеизвестными и общедоступными. Помню, как году в 2013 году Salem и Crystal Castles считались атрибутами прошаренности. Слушало их в основном юное поколение готов, и пост на стенке какой-нибудь непричастной к субкультуре девчонки скорее всего спровоцировал бы обвинения в позерстве. Ну а уж каких-нибудь Coil и Swans уж точно знали лишь избранные, к случайным людям такая музыка не попадала. Даже смешно, насколько поменялась ситуация сейчас, когда все эти проекты стали базовым набором любого нитакуси.Прикол в том, что и любые новые веяния и жанры стремительно попадают в тот же самый набор. Не хочу сказать, что хороший вкус обесценился, но его влияние на формирование личности точно уменьшилось. Раньше было принято составлять топы важных для себя произведений — помните Окси с его альбомом ориентиров и Летова с его бесконечными списками. По ним реально можно было составить впечатление о человеке. Сейчас это превратилось в декоративную функцию. Давно не слышал, чтобы кто-то по такому принципу находил себе партнеров, друзей или единомышленников. Разумеется, мой личный опыт нерелевантно рассматривать как общий, но интеллектуального размежевания в такой форме определенно стало меньше.И наложилось это на смерть субкультур в привычной форме. Конечно, они есть и сейчас, просто выполняют другие функции. Хорошо срезонировал пост Руслана Муннибаева про нынешних скинхедов. Действительно, сейчас принадлежность к «традиционным» субкультурам это зачастую эстетическая история, не имеющая под собой идейного содержания. Еще в нулевые это был вопрос принципов и фундамента самой личности. За рэперские или панковские шмотки огребали вполне реал

Натыкаться на них — это зачастую удивительный опыт. Как-то раз я набрел на блог в ЖЖ, где последний пост был впечатлением о футбольном матче 2005, что ли, года, написанным в тот же день. Что случилось с автором, где он сейчас? Когда я на него наткнулся, у меня было ощущение, будто я зашел в квартиру, где 20 лет не было ни одной живой души. Волнительное, и в чем-то трогательное переживание. По аналогии у меня в мыслях сразу возник сюжет: в неком городе стоит хрущевка, а в ней квартира, жильцы которой неожиданно покинули ее еще годах в 60-х, и за все время до наших дней в этой квартире никто ни разу не был. это фактически капсула времени и лучший музей советского быта, какой можно представить. Почему-то я уверен, что такие места есть.Меня завораживает мысль, что и этот мой канал, возможно, станет такой «нетронутой квартирой», и неизвестный мне человек будет читать этот пост спустя многие годы.Но вернемся к состоянию нынешних соцсетей. Лично мне приятнее заходить на онлайн-маркетплейсы, чем в некоторые из них. Во всяком случае, там можно найти и купить, что нужно, не продираясь перед этим через кривой поиск и кринжовые рекомендации, чья основная функция, кажется, провоцировать негатив. Другие люди это тоже чувствуют, и постепенно покидают ставшие неуютные соцсети. Так появился smol web — отчасти ностальгическая попытка вернуть старый интернет. Популярность таких инициатив растет, и причина, разумеется, не в том, что люди соскучились по-прошлому. Виной тому усталость от нынешнего формата потребления контента. Да и желание ускользнуть от всевидящего ока корпораций и государства становится все сильнее. Правда, в целом текущие процессы ведут к тому, что люди просто перестают делиться чем-то в интернете, оберегая свое личное пространство. И медленно, верно растет роль альтернативных способов коммуникации, таких как Nostr. Иными словами, способов избежать наблюдения и цензуры.В таких странах как Россия уже сформировалась двойная виртуальная реальность, где у людей часто есть

Что самое интересное в любом городе? Обычно на ум приходят те места, где можно проникнуться духом истории, либо же — локации не на виду, как любимые заведения старожилов, неприметные скверики и пространства, обустроенные самими жителями. Но самое интересное скрыто от любопытных и посторонних глаз — а именно квартиры в домах со всем их содержимым, включая жильцов. Горожан вне пределов общественного внимания. Раньше улица была продолжением дома, но в атомизированных обществах, подобно нашему, это уже давно не так. Теперь квартира это автономный мир, совсем не обязательно связанный с тем, что находится за ее пределами. И за любой дверью на лестничной площадке любого дома может оказаться что угодно. Допустимы любые предположения — склад краденых вещей, сектантское убежище, жилище какого-нибудь Плюшкина с горами хлама до потолка. В обычной хрущевке может лежать оригинал картины знаменитого художника, о чем не будет знать никто, кроме ее владельца. Фантазировать можно бесконечно, людские жилища это и есть подлинная суть любого города.У каждого реального явления есть виртуальный аналог. В случае с квартирами этим можно считать личные блоги, каналы, страницы. Те места, где человек самовыражается или транслирует свою повседневность. Соцсети в нынешнем виде нанесли большой урон этой культуре, сильно стандартизировав ее, и превратив в конвейер тщеславия, где реальной жизни осталось очень мало. Зайдя на страничку ВК можно было изучать ее часами — посты на стене, аудиозаписи, фотоальбомы. Это было сродни походу в гости, так же непредсказуемо и даже волнующе. Личная страничка так же отражает личность ее владельца, как и его комната.Сегодня личное стало публичным, и средний аккаунт в инсте (запрещенная организация) это безжизненный фасад. Люди освоили азы цифровой безопасности и показывают лишь то, что на самом деле хотят показать. Наблюдать за этим — очень скучное, и чаще всего бессмысленное занятие. Жизнь осталась в личных каналах ТГ, где люди, как будто менее скованы социальным

Тем временем сделали новое видео про группу KRec. Конечно, по-хорошему, это осенняя тема, но в связи с трагическими событиями было решено выпускать сейчас. Мне кажется, Крэк для русского рэпа имеют примерно такое же значение, как Кид Кади для американского. Они показали, что рэп может быть романтичным, даже сентиментальным, но при этом оставаться трушным.https://youtu.be/j0AjWTk5Suc

Ребята из подкаста «На Репите» позвали поговорить про русский регги. Получился очень содержательный разговор, если не знаете с чего вкатиться в жанр — вот отличный гайд. Успели обсудить почти все важные российские регги группы, так что из подкаста вы узнаете, почему эталон жанра на русском звучал очень холодно и мрачно, кому удалось объединить ямайские ритмы с бардовской песней, и кого включать ни в коем случае не надо. Приятного прослушивания! тгк Аркадиятгк ПетраПлощадкиЮтуб

Вчера подключил старый телек к магнитофону и поставил на нем древние vhs-кассеты. Эффект был впечатляющим — глядя на экран с видеорядом старых документалок я зафиксировал ощущение потустороннего. Именно то чувство, которого тщетно пытаются добиться авторы дримкор-контента, не понимая, в чем главная загвоздка.Вы наверняка замечали, как все, что попадает в соцсети, тут же становится усредненно блеклым и невыразительным. Будь то самый красивый пейзаж или невероятный музыкальный перформанс — они будто теряют глубину, оказавшись в плоской ленте рилсов. Если долго листать их, может начать казаться, что весь мир такая потемкинская деревня, пустая декорация, за которой ничего нет.Не знаю, что тому виной — стандартизированные камеры смартфонов, особенности современных экранов, отсутствие других органов чувств или же общая сенсорная перегруженность. Вероятно, все одновременно. Но основная проблема, кмк, это излишняя стерильность картинки, которую никоим образом не изменить. Любой фильтр будет выглядеть именно фильтром, а не радикальной сменой восприятия.Я бы мог списать свои переживания на детскую ностальгию, но ведь подобные чувства испытывают и те, кто никогда не жил в аналоговую эпоху. Они тоже чувствуют особую, почти колдовскую власть сияния элт-телевизоров. Значит, тут есть что-то кроме воспоминаний о невозвратно ушедшем времени.Вся современная лоуфай-эстетика сводится к недостижимости этих особенностей на современных носителях. Хоть убейся, но не будет эйрподс звучать так же, как старый магнитофон. А любая оцифрованная аналоговая запись приобретет совершенно другое измерение, будучи поставленной в оригинале с кассеты.Это не к тому, что прошлое превосходит современность. Скорее, меня завораживает спектакль, в котором мы все невольно участвуем. Насколько упорно диджитал-пространство пытается воспроизвести по-умолчанию неподвластные ему формы. Как если бы пирамиды Гизы кто-то решил воссоздать с помощью бетонных блоков и стальных каркасов.