Что почитать по этике?Часть 14. Философские дисциплины: моральная философия.Здесь мною были собраны работы, посвященные введению в моральную философию. Я не брал первоисточники и сделал акцент на учебную и обзорную литературу по нормативной этике. Однако обозначенные авторы исследуют исторические, прикладные и метаэтические вопросы.Что исследует моральная философия?Моральный философ Марк Тиммонс указывает, что это раздел философских исследований, который отвечает на вопросы о том, «что делает поступок правильным или неправильным? Что делает человека морально хорошим или плохим? Как мы можем прийти к правильным выводам о моральности того, что мы должны делать и какими людьми мы должны быть?».В рамках этики философы разрабатывают, защищают и критикуют моральные теории, задача которых заключается в том, чтобы «дать систематические ответы на эти очень общие моральные вопросы о том, что нам делать и как себя вести».Если вам, как и мне, интересно знать не только как фактически живут (или жили) люди, но как они должны жить, мыслить, действовать, желать или реагировать, то изучение этики должно вас заинтересовать.Список книг:1. Дэвид Эдмондс - Убили бы вы толстяка? (Да)2. Майкл Сэндел - Справедливость. Как поступать правильно?3. Аласдер Макинтайр - Краткая история этики4. Dean Kowalski - Moral Theory at the Movies5. James Rachels, Stuart Rachels - The Elements of Moral Philosophy6. Harry J. Gensler - Ethics: A Contemporary Introduction7. Simon Blackburn - Ethics: A Very Short Introduction8. Mark Timmons - Moral Theory9. Russ Shafer-Landau - Living Ethics10. Shelly Kagan - Normative Ethics11. Hugh LaFollette, Ingmar Persson - The Blackwell Guide to Ethical Theory12. David Copp - The Oxford Handbook of Ethical Theory🔺Преподавать моральную философию я предпочитаю по работам М. Тиммонса, Р.-Ш. Ландао и Д. Ковальски. Первый (№8) позволяет вам понять, какие нормативные теории находятся в актуальной дискуссии и какие критические возражения или доводы в их защиту присутствуют в ли
Ленивый Философ | Богдан Фауль
@lenphil
Личный блог Богдана Фауля.Кандидат философских наук, доцент.Для проведения платных индивидуальных консультаций, уроков или общения на любые темы, обращайтесь в личные сообщения: @faulbvПоддержать: 5536 9137 8426 3887
Похожие каналы
Все →Последние посты
Философия под эпистемическим подозрением (1/2)Продолжу серию образовательных постов и в этот раз глубже рассмотрю тему эпистемической поддержки, верификации, проверяемости и фальсификации. Рассуждение, которое я часто встречаю на просторах интернета, звучит примерно так: Научные теории можно проверить: подтвердить, опровергнуть, верифицировать или фальсифицировать. Философию проверить невозможно. Как следствие, философские утверждения как минимум попадают под эпистемическое подозрение, а возможно, вообще не являются разумно обоснованными.Это рассуждение действительно кажется правдоподобным на первый взгляд. Философия часто не приходит к однозначно фиксируемым выводам и не всегда зависит от эмпирического знания. Получается, что она как будто безосновательна, а философы не занимаются разумным познанием.Тем не менее при более подробном рассмотрении это рассуждение оказывается ошибочным. Чтобы это показать, потребуется немного погрузиться в философские тонкости, но сама логика проблемы не так сложна.Начнем с самого простого термина, который я назову поддержкой. Наилучшая иллюстрация этого понятия получается через рамку байесианской эпистемологии.Некоторые данные E поддерживают теорию T относительно фоновых допущений B тогда, когда правдоподобность T при данных E и фоне B выше, чем правдоподобность T просто на фоне B.То есть: P(T|E∧B) > P(T|B).Грубо говоря, после учета новых данных теория становится более правдоподобной, чем была до их учета.На самом деле, тут все довольно просто. Предположим, что вы — детектив и вам нужно найти преступника. В квартире, где произошло преступление, вы находите след от мужского ботинка. Это делает теорию «убийца — мужчина» более правдоподобной, чем она была до обнаружения этого следа. Разумеется, это еще не доказывает теорию. Может оказаться, что ботинок принадлежал не убийце, что это старый след, что убийца сознательно оставил ложную улику и т. д. Но сам факт все равно повышает правдоподобие одной гипотезы и понижает правдоподобие некотор
Философия под эпистемическим подозрением (2/2)По этому критерию вместе с философией под удар попадают математика, логика, эпистемология, этика и методология науки. Но это слишком высокая цена. Математика и логика не являются идеально эмпирически верифицируемыми, однако без них невозможно само научное рассуждение. Эпистемология как раз и должна обсуждать основания того или иного критерия рациональности, включая рассматриваемый здесь критерий эмпирической верифицируемости. Этика тоже не сводится к эмпирической проверке: эмпирические данные могут сообщить нам о последствиях действия, но сами по себе не устанавливают, что мы должны делать. Поэтому идеальная эмпирическая верифицируемость может быть полезна как критерий эмпиричности, но не как универсальный критерий разумной обоснованности.Отдельная проблема состоит в том, что строгая верификация всегда относительна к фону B. Если фоновые допущения можно выбирать свободно, критерий становится тривиальным: почти любую теорию можно вывести из данных при достаточно удобном наборе фоновых предпосылок. Достаточно встроить в фон скрытую или явную связку между данными и нужной теорией.Если же фон должен быть независимо зафиксирован и обоснован, то критерий снова становится очень строгим и редко применимым. В реальной науке трудно получить ситуацию, где данные вместе с таким независимым фоном дедуктивно влекут всю теорию.Кроме того, сам допустимый фон не является чисто эмпирическим. Он включает логику, математику, правила вывода, принципы интерпретации данных, критерии теоретического сравнения и методологические нормы. Поэтому строгая эмпирическая верификация не может служить оружием против философии как таковой: она сама предполагает философские и эпистемологические условия, без которых данные вообще не превращаются в рациональное основание для теории.(в) Фальсификация как предельный случай ослабленияЕсли данные поддерживают теорию, то у нее растет правдоподобность. При ослаблении теории данные снижают ее правдоподобность. Строг
Правила философской полемики (1/2)Начну с забавной истории. Однажды ко мне в комментарии пришел человек, который решил оспорить аргумент посредством отрицания посылки, в которой утверждалось: «У меня есть ложные убеждения» (то есть ложные убеждения есть у того, кто это произносит). Он рассуждал так: чтобы считать некоторое убеждение ложным, нужно принять ложность этого конкретного убеждения. Но это невозможно, потому что тогда мы сразу же перестанем в него верить. Выходит, по его логике, каждое отдельное свое убеждение мы считаем истинным, когда его удерживаем, и иначе не можем, а потому не можем утверждать, что у нас есть ложные убеждения.Примерно 150 сообщений я пытался убедить его, что наверняка у него есть хотя бы одно ложное убеждение, но все было бесполезно. Он не мог принять, что одно дело — считать, что у меня есть какие-то ложные убеждения, и совсем другое — считать, что вот это конкретное мое убеждение ложно. После нашего разговора он, вероятно, продолжил думать, что все его убеждения истинны, уверенный в том, что опроверг аргумент.В том аргументе было много спорных посылок. В нем были скрытые и существенные допущения, которые я специально спрятал за формально корректной структурой. Но он выбрал самую бесспорную посылку и на основании того, что она, мол, не доказана на 100% по стандарту, который он сам выдумал, триумфально расправился с аргументом. А потом отправился в бан. Ну серьезно, имейте совесть.Недавно я стал видеть такого очень много и осознал, что это, быть может, не от злого умысла, а от банального непонимания того, как должна быть устроена разумная философская полемика. Поэтому сейчас я укажу на некоторые ошибочные допущения, а потом скажу, как правильно нужно смотреть на аргумент.Проблема 1. «А это не доказано!»Первая ошибка — требование предельного обоснования каждого утверждения. Это неправильное ожидание от философского аргумента. Не потому, что в философии вообще не бывает строгих аргументов, а потому, что не всякая посылка должна быть защи
Правила философской полемики (2/2)Проблема 3. «А вот тут не учитывается другая формулировка или фоновая позиция!»Третий тип плохого возражения — требование учета всех возможных формулировок, уточнений и фоновых позиций без анализа того, имеют ли эти уточнения диалектическую значимость.Человек не понимает, что разные формулировки могут быть достаточно взаимозаменяемы для того, чтобы аргумент продолжал работать. То же касается и фоновых позиций. Аргумент может быть совместим с целым рядом разных взглядов по смежным вопросам.Но плохому читателю кажется: если текст эксплицитно не проговаривает все возможные варианты, значит, аргумент строится только на одной конкретной формулировке или одной конкретной фоновой позиции. Это не так.Рекомендация:Проверяйте, насколько изменение формулировки действительно меняет общий ход аргумента и его силу. Если не меняет, то это несущественное возражение.Мета-проблема: текст читается так, будто за ним ничего не стоитВсе эти ошибки берутся из общей установки: человек читает текст так, будто он абсолютно самодостаточен и за ним не стоит никакой более широкой позиции и способов ответить на возражения.Отсюда возникает требование полного обоснования каждой посылки, учета всех формулировок, анализа всех фоновых предположений, демонстрации всех возможных возражений и ответов на них. А если текст этого не делает, значит, он недостаточен, необоснован и его можно даже не рассматривать.Это очень наивная установка. Текст, конечно, должен учитывать достаточно, особенно, когда речь идет об академической работе. Однако он никогда не сможет учитывать всего. Поэтому важна внутренняя работа читателя:- Что автор мог бы ответить на это возражение?- Может быть, я не заметил, как это уже учтено?- Насколько мое возражение разрушает позицию автора?- Какую цену придется заплатить, чтобы это возражение принять?Я не утверждаю, что это открывает какую-то радикальную свободу в отношении конструирования аргументов. Мол, не нужно обосновывать посылки, не нужно иметь д
📚 Приглашаем студентов-гуманитариев на летнюю трёхдневную философскую школу «Русская религиозная мысль: онтология, этика, эстетика»📍27–29 июня⏰Лихов переулок, д. 6, стр. 1Программа школы предполагает серию лекций, семинаров и тематических дискуссий по трём ключевым направлениям: онтология, этика, эстетика. Это уникальная возможность не только принять участие в дискуссиях, но и пообщаться с другими увлечёнными молодыми исследователями и на три дня стать частью профессионального философского сообщества.Каждый день будет посвящён обсуждению одного из трех направлений:27 июня (онтология)🟢открытие школы🟢лекция д-ра философских наук, профессора К. М. Антонова «Концепции всеединства С. Л. Франка»🟢семинар с чтением реакций Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, И. И. Лапшин на на «Предмет знания» С. Л. Франка🟢диспут «Метафизика всеединства и ее критика»28 июня (эстетика)🟢 лекция кандидата философских наук Н. А. Вагановой «Богословие иконы»🟢 семинар с чтением текстов по теме🟢дискуссия об эстетической проблематике в религиозно-философской мысли🟢экскурсия по университету29 июня (этика)🟢 лекция кандидата философских наук Б. В. Межуева «"Оправдания добра" В. С. Соловьева: творческая история и проблематика»🟢семинар с чтением «Оправдание добра» В. С. Соловьева и «В чем моя вера» Л. Н. Толстого.🟢дискуссия «Уголовный вопрос»🟢закрытие школы🟢фуршетДля участия необходимо подготовить эссе объемом от 5 до 15 тыс. знаков по одному из направлений — онтология, этика, эстетика. Эссе принимаются до 17 июня включительно.К участию приглашаются студенты и выпускники бакалавриата и специалитета гуманитарных направлений. Студенты магистратуры принимать участие в школе не могут.При поступлении участников школы на магистерские программы «Русская религиозная философия», «Религиозная философия» и «Философские, исторические и прикладные исследования в религиоведении» эссе отборочного этапа по решению аттестационной комиссии может быть принято в качестве эссе, требуемого при поступлении в магистр
(1/3) Вчера был стрим Васила и Глеба, посвященный ролику про Панчина. Там ребята обсудили много всего интересного, включая некоторые возражения. По мотивам стрима и предыдущего поста я подумал написать еще несколько мыслей. В общем, в последние два дня мой канал из личного блога временно превращается в просветительский. Сегодня мы рассмотрим две темы: треугольник и чайник.(а) На какое-то время пальму первенства завоевал треугольник. Люди писали на стриме, да и в комментариях до этого, что, во-первых, треугольник является физическим. Во-вторых, что треугольник можно пронаблюдать и научное исследование треугольника осуществляется через наблюдение. Ровно эту тему мы недавно разбирали со студентами на занятии про Лейбница.У меня есть догадка, почему люди так думают. Предполагаю, что первый тезис основан на каком-то соображении в стиле:1. Все, что существует, является физическим.2. Существует математическая фигура – треугольник.∴ Треугольник является физическим.Второй тезис, как мне кажется, предположительно должен работать как-то так:1. Любое разумное исследование основано на наблюдении.2. Геометрия – это сфера разумных исследований.∴ Геометрия основана на наблюдении.Попробую объяснить, что не так с выводами этих аргументов. Начну с того, чем является треугольник.Треугольник – это замкнутая плоская фигура, состоящая из трех идеальных прямолинейных сторон и трех вершин. У треугольника есть набор параметров, среди которых:- стороны треугольника являются идеальными отрезками – у них нет толщины.- вершины треугольника являются идеальными точками – у точек нет протяженности.- стороны треугольника идеально прямые.- сумма углов треугольника строго равна 180°.Ни один из этих параметров не может быть физическим. Физически невозможны идеальные отрезки, идеальные точки, идеально прямые стороны, и невозможно, чтобы сумма углов была строго равна 180° (хотя тут у меня есть небольшие сомнения).Получается, что:1. Существует математическая фигура – треугольник.2. У треугольника есть наб
(2/3) (б) Был вопрос о чайнике Рассела и в чем именно его проблема. Я изложу сейчас свою версию, которая более-менее является общим местом в литературе, насколько я ее знаю.Мысленный эксперимент должен работать так: я предположил, что вокруг Юпитера летает маленький чайник, расписанный гжелью, подтвердить существование которого мы практически не можем. Вполне разумно считать, что такое добавление к тому, что нам известно, является радикально неразумным. То же распространяется и на Бога: без достаточных оснований не нужно добавлять Его существование к тому, что нам уже известно.Проведем диагностику того, что тут происходит.Диагностика №1. Этот мысленный эксперимент пытается настроить нашу эпистемическую интуицию так, будто мы вправе отрицать существование чайника без каких-либо дополнительных оснований. То есть мы возвращаемся к тому, что я обсуждал в предыдущем посте, – это "принцип несуществования":ПН: если нет достаточных оснований считать, что существует объект Х, то следует считать, что Х не существует.Я уже обсудил все проблемы этого принципа в прошлом посте. Однако почему он кажется таким правдоподобным, когда мы думаем про чайник Рассела? Все дело в том, что ПН неправильно схватывает то, что нам кажется на основе мысленного эксперимента.Мы считаем, что чайник Рассела не летает вокруг орбиты не только потому, что у нас нет оснований так считать, но и потому, что у нас есть весомые основания считать, что его там нет. Эти основания спрятаны от нас, потому что они фоновые: мы понимаем, что чайник должен был там как-то оказаться, вероятность чего мала; вероятность того, что он будет раскрашен гжелью, делает эту гипотезу еще менее фоново вероятной; вероятность того, что это именно чайник, а не чашка, еще снижает эту вероятность и так далее. То есть мы исходим из крайне маловероятной теории с точки зрения фоновых оснований, а это и есть положительные основания считать, что чайник Рассела не летает вокруг орбиты. Мысленный эксперимент скрывает эти основания, и поэтом
(3/3) В качестве короткой вставки просто набросаю, что объясняет теизм. Обратите внимание, я сейчас не делаю компаративный анализ, в котором сравниваю, насколько теизм хорошо объясняет что-то по сравнению с натурализмом. Может быть, где-то выигрывает натурализм, может быть, где-то – теизм, я это игнорирую. Кумулятивная и компаративная правдоподобность – это вообще крайне сложная тема, в которую я сейчас даже вдаваться не буду. Однако Бог в теистической теории, среди прочего, объясняет:1. Почему есть что-то, а не ничто?2. Почему существует упорядоченная вселенная с устойчивыми законами природы?3. Почему законы природы допускают существование жизни и разумных существ?4. Почему между структурой реальности и структурой человеческого разума есть глубокое соответствие?5. Почему существуют сознание, субъективный опыт и перспектива первого лица?6. Почему существуют моральные факты и моральные обязательства? (не просто этические установки, а сама этическая реальность).7. Почему мы способны познавать моральную реальность?8. Почему существует религиозный опыт?9. Почему человек ориентирован на смысл и истину?10. Почему красота, кажется, раскрывает некий глубокий порядок и смысл?Еще раз, я не говорю, что натурализм не может это объяснить. Я не говорю, что этот список исчерпывающий. Я не говорю, что каждый элемент этого списка достаточен для доказательства теизма. Я не говорю, что теизм лучше всего отвечает на эти вопросы. Я показываю, что теизм – это не пустая теория вроде радикально абстрагированного чайника – шмайника.По литературе на эту тему приложу в комментариях:- The Blackwell Companion to Natural Theology. Тут просто можно глянуть на современное поле обсуждения этой темы.- Oxford Handbook of Natural Theology. Тут можно ознакомиться с тем, как эту тему рассматривали в истории и как сегодня она рассматривается с разных перспектив.- The Best Argument Against God. Это для натуралистов, один из хороших кумулятивных аргументов против существования Бога.Нужно понимать, что букв
(2/2) Вот несколько вызовов для ПП, которые первично приходят в голову.1. Суждения о прошлом. Например, убеждение, что десять лет назад я гулял по Садовой улице. Здесь сразу возникает проблема памяти, без которой невозможна никакая эмпирическая проверка. Но память невозможно верифицировать без опоры на память – мою или чужую. Следовательно, эмпирическая проверка уже предполагает доверие к некоторым неэмпирически проверенным познавательным способностям.2. Убеждение о сознании других людей. Я считаю, что у других людей есть феноменальное сознание: они не просто ведут себя определенным образом, но действительно испытывают боль, радость, страх, удовольствие и т. д. Однако это убеждение не поддается прямой эмпирической проверке. Эмпирически доступны поведение, речь, нейрофизиологические корреляты, но не сама субъективная перспектива другого человека. Чтобы избежать этой проблемы, стороннику ПП придется либо отрицать феноменальное сознание, либо резко ослабить сам ПП.3. Этика. Этические суждения нельзя эмпирически проверить. Наука может описать факты: страдание, последствия поступков, психологические реакции, социальные эффекты. Но из этого само по себе не следует, что невиновного нельзя наказывать, а ребенка нельзя мучить ради развлечения. Чтобы сохранить ПП, придется либо отказаться от морального реализма, либо признать, что рациональное принятие убеждений не исчерпывается эмпирической проверкой.4. Эпистемология. Эпистемологические и методологические принципы организации познания сами не проходят эмпирическую проверку. Например: убеждения следует соразмерять с основаниями; противоречие является проблемой; при прочих равных предпочтительнее теория с большим объяснительным ресурсом. Апелляция к прагматике здесь не спасает ПП: прагматическая полезность принципа не равна его эмпирической проверке.5. Модальность. Нельзя напрямую эмпирически проверить возможность или необходимость. Например, убеждение, что жизнь могла развиться иначе, не является результатом непосредственной
(1/2) Недавно вышел большой обзор на Панчина. Зашел я почитать комментарии. Многие из них мне показались очень плохими: невероятно уверенные в себе люди озвучивают клише новых атеистов, которые уже миллиард раз были изучены вдоль и поперек и опровергнуты. Возможно, подумал я, имеет смысл пройтись по двум основным направлением таких комментариев.(а) Чаще всех встречается такой аргумент: "Кто делает утверждение, тот и должен доказывать свою точку зрения. Я, будучи атеистом, не делаю никаких дополнительных утверждений: я лишь не принимаю теизм. Следовательно, бремя доказательства лежит на теисте. А пока он не доказал свою точку зрения, атеистическая позиция верна".Проблема рассуждения в следующем: из того, что теизм не доказан, следует максимум, что мы не обязаны принимать теизм. Но отсюда не следует, что мы обязаны принимать отрицание теизма. Непринятие утверждения и принятие его отрицания – разные эпистемические состояния.Чуть подробнее. Аргумент в (а) основан на предположении, будто мы имеем позитивное эпистемическое основание отрицать существование того, что не доказано. Это предположение можно обналичить разными способами. Начну с такой формы, которую назову «презумпцией ложности».ПЛ: если некоторое утверждение X не имеет достаточного обоснования, то следует считать, что X ложно.Это слишком сильный принцип, который ведет к парадоксам. Например, возьмем утверждение, что сейчас количество деревьев четное. Назовем его А. Соответственно, не-А означает, что количество деревьев нечетное.1. У меня нет достаточных оснований считать, что А.2. Следует считать, что не-А. (Из 1 и ПЛ.)3. У меня нет достаточных оснований считать, что не-А.4. Следует считать, что А. (Из 3 и ПЛ.)5. Следует считать, что А и не-А.Получается, мы должны считать, что количество деревьев одновременно четное и нечетное. Не воздерживаться от суждения, а буквально так считать.Попробуем другую трактовку. Обозначу ее через "принцип несуществования".ПН: если нет достаточных оснований считать, что существует

Уважаемые, если кто-то хотел разобраться в основах христианства, то в Яани Кирик начинается новый цикл регулярного (и бесплатного) курса ОХВ. Он будет по субботам в 14:00, можно на него записаться по этой ссылке: https://ohvcourse.ru/stjohn
Ловушка изобретения себя (2/2)Во-первых, всякий образ себя очень требователен, и на него затрачивается огромное количество жизненных сил. Во-вторых, вместо познания себя человек, как правило, осуществляет над собой насилие, подстраиваясь под образ. В-третьих, типовой образ со временем исчерпывается и перестает приносить былое наслаждение. В-четвертых, и это самое болезненное, когда мир перестает подыгрывать, жизнь человека разрушается. С одной стороны, кажется, будто жизнь больше не вмещается в мир, как неподходящий пазл. Однако крушение терпит именно самость человека, поскольку она уже срослась с типовой формой. Привычка жить в рамках такой структуры создает дилемму: либо нужно изобретать новую форму, либо сохранять старую. Однако новую изобрести не так легко, а старую сохранять уже невыносимо. Все это разрушает человека изнутри. Сам мир становится пространством радикальной несправедливости, пространством, где я не могу существовать. Это вызывает ненависть по отношению к миру и гнев. Корень проблемы, однако, не в мире, а в том, как человек проживает себя.Человек в естественной установке редко способен провести различие между своими ощущениями от реальности и самой реальностью. Оттого так сложно увидеть, что мое я, будучи дополнением к настолько отчетливо ощущаемой форме жизни, не тождественно ей. Еще сложнее понять, что никакой этой формы жизни вообще нет: она лишь кажется реальной. Поэтому выход из ловушки предполагает, во-первых, разотождествление: я не тождественен этому типу жизни; и, во-вторых, расколдовывание: этой формы жизни не существует. Тогда здоровый взгляд будет не "я писатель", а "я пишу книги и рассказы"; не "я священник", а "я помогаю людям прийти к Богу"; не "я философ", а "я стараюсь разобраться в том, что важно, и делюсь этим с людьми" и так далее. Согласно этому способу позиционирования оказывается, что нет никаких типов, а есть деятельное я, которое действует по-разному и по-разному проявляется в мире: в виде текстов, искусства, выпечки, строит
Ловушка изобретения себя (1/2)В последнее время в разговорах часто поднимается похожая тема, и я решил написать о ней пост. Есть такой феномен внутренней жизни человека, который я обозначаю как ловушку изобретения себя. Личность попадает в эту ловушку тогда, когда самоописание захватывается некоторой типовой категорией, которая интерпретируется личностью так, будто это онтологическая и сущностная для личности форма существования. Да, у каждого из нас есть множество разных дел: мы можем быть философами, менеджерами, поэтами, пекарями, священниками и пр. Однако в ситуациях, когда некоторое самоописание становится доминирующим способом интерпретации своего я, личность попадает в ловушку изобретения себя. Если сформулировать иначе, человек попадает в ловушку изобретения себя в тот момент, когда центрирует себя вокруг типовой категории формы жизни.Начну с наброска. Примером ловушки изобретения себя может служить Брэдли Пирсон – главный герой романа "Черный принц" Айрис Мердок, который видит себя в первую очередь писателем. Также можно привести Гарри Галлера из романа "Степной волк" Германа Гессе, хотя тут несколько сложнее понятийно закрепить тот типаж, который он проживает. В любом случае в этих ситуациях мы имеем емкий образ типового способа существования, частью которого человек стремится стать и даже становится в своих собственных глазах. Этот образ весьма проработан и предполагает развитый набор паттернов самопозиционирования в различных контекстах.Предположим, что мы говорим о человеке, который попал в ловушку изобретения себя через категорию писателя как особой формы существования. Эта форма схватывается интуитивно и разрабатывается в процессе ее реализации, однако в развитом виде она включает в себя то, как должен мыслить и говорить писатель, как он должен реагировать на различные ситуации, как он должен одеваться, и даже горизонт подходящей телесной пластики писателя. То же касается поэтов, художников, философов, режиссеров и пр. Главное – человек поглощается св

Рад позвать вас на свой новый курс: «Марк Фишер: больше, чем критика капитализма»Подробнее в карточках выше! Для записи необходимо заполнить эту форму. Полная программа курса вот тут. По всем иным вопросам в личку: @marzialspbРад позвать вас на свой новый курс: «Марк Фишер: больше, чем критика капитализма»Подробнее в карточках выше! Для записи необходимо заполнить эту форму. Полная программа курса вот тут. По всем иным вопросам в личку: @marzialspb