
Митрофаниевское кладбище в русской литературеСейчас мало кто в России, разве что кроме живущих неподалёку от некрополя жителей Санкт-Петербурга, расскажет вам про Митрофаниевское кладбище. Ну, может, вспомнит кто и скажет, да, мол, когда-то там хоронили, то ли умерших от холеры, то ли от чумы, то ли от того и от другого.Кто-то вспомнит, что ныне оно не существует, но неизвестно, что там сейчас, кто-то спутает его с Громовским, ныне существующим, старообрядческим кладбищем.А ведь когда-то это кладбище было известно во всём мире благодаря упоминанию в романе «Преступление и наказание» Фёдора Михайловича Достоевского.Именно на Митрофаниевском был предан земле отставной титулярный советник Семён Захарович Мармеладов — отец Сонечки Мармеладовой.«...А Катерина Ивановна приказала вас (Раскольникова) очень просить быть завтра на отпевании, утром... за обедней... на Митрофаниевском...».Сама Катерина Ивановна Мармеладова также находит на Митрофаниевском кладбище место своего последнего упокоения.В произведении писателя Всеволода Крестовского «Петербургские трущобы» также упомянуто Митрофаньевское. Именно здесь «восстала из мёртвых» Юлия Николаевна Бероева.В 1925 году на Митрофаньевском кладбище произошла трагедия, которая стала основой для популярной песни. В конце октября чертёжник фабрики Гознака Василий Путятин убил свою девятилетнюю дочь Надежду. Убийца был бывшим депутатом Государственной думы, но при советской власти его политическая карьера закончилась. Он сильно пил, женился, и девочка стала не нужна его мачехе.Песня стала настоящей классикой. Василий Шукшин в своём рассказе «В воскресенье мать-старушка…» показал, как люди пели эту песню: «Сперва жалобные или тюремные? — спросил Ганя. — Любые… Пойте, какие хотите. — Как на кладбище Митрофановском отец дочку родную убил, — запел Ганя».Вера Караваева специально для «Помним всех поимённо»Митрофаниевское кладбище в русской литературеСейчас мало кто в России, разве что кроме живущих неподалёку от некрополя жителей Санкт-Пе




