Пришла и говорю

Бедный Пушкин

Президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов на ассамблее Совета по внешней и оборонной политике, предельно откровенно и ясно: "При Василии III, чтобы взять Смоленск, за два года пришлось организовать три осады. Большие жертвы среди наступающих, упорнейшее сопротивление местного русского населения. Пример Смоленска – хорошее напоминание о том, что не стоит слишком переживать из-за наступательного характера действий на западнорусском фронте и дефицита поддержки местного населения. Так было с самого начала. Мы брали то, что считали своим. Когда Иван III объявил себя великим князем всей Руси, это решение было ни на чём не основано с точки зрения тогдашнего политического порядка, но оно стало основанием нашей дальнейшей национальной судьбы. И это лишь одно из тех решений, которые создали Россию как таковую". ( via Константин Скоркин)

Я пошел на выставку Шагала,чтобы встретить тех, кто не уехал.Оказалось, их не так уж мало:были там Наташа, Юля, Алла,были Рабинович и Хаймович,Саша, Маша, Вова, доктор Пальчик.Алла говорит: «Мы послезавтра».Юля говорит: «Мы на подходе».«Там нельзя, – откликнулась Наташа, –там нельзя, но здесь невыносимо».«В Раанане, – отвечает Саша, –тут, у нас, все очень даже можно:можно жить, работать можно дружно».«А у нас, под Вашингтоном, душно, –Вова говорит, – и нет работы».Маша возражает: «Здесь прелестней –швабский воздух, пиво, черепица...»Доктор, доктор, надо ль плакать, еслиДиделя давно склевали птицы?Рабинович сел на стул при входе –он в летах, и у него одышка.А Хаймович – тот совсем мальчишка,правда, он в Освенциме задушени скользит, как облачко, вдоль зала.Я пошел на выставку Шагала,но тебя на выставке не встретил.Только край оливкового платьянад зеленой крышей промелькнул.Михаил Яснов 1992

20-21 мая в Москве состоится Международная научная конференция "Еврейский антифашистский комитет в СССР: история, память, уроки", приуроченная к 80-летию создания ЕАК и 70-летию казни его руководителей. Конференцию организовывает российский фонд "Холокост".Как оказалось, в конференции планируется участие таких известных спецов-практиков по холокосту (со строчной буквы) и антисемитизму (в смысле, практикующих отрицателей Холокоста и антисемитов) как Александр Дюков и Владимир Симендей из фонда "Историческая память". Штош, тт. Щербаков, Александров, Абакумов и лично Усатый, были бы довольны. Лучшего плевка на память ЕАК в России придумать не могли.Для тех, кто забыл или не в курсе: Россия до сих пор не признала (можно даже сказать, отрицает) роль Советского Союза в геноциде еврейской культуры в СССР в 1948-1952 годах. Не говоря уже о более позднем периоде.

Целый день разбираю архив Наймана. Немного плачу, немного смеюсь. Больше плачу.Окей, там есть письма Ахматовой («Дорогой Толя, у Данте все таки..»), Бродского («А.Г! Ходом идите в за билетом и тю»), Довлатова («Дорогие Галя и Толя! Простите пьяную сволочь»). Но все это тонет в массе писем вообще. Погребено в толще этой прекрасной эпистолярной культуры, которую не возобновить.Я беру и начинаю читать с любое письмо с любого места. Я не знаю, может это все были какие то неидеальные люди (про Бродского и Довлатова мы уж точно знаем, что не идеальные), но какая в каждом слове любовь к частности, к частной жизни. Вот просто к жизни, ежедневной, даже мещанской, но жизни как таковой. У меня конечно сейчас мозги как то особым образом развернуты, но я буквально везде между строк читаю «Лишь бы не было войны». В письмах наймановских товарищей по Техноложке и его друзей-поэтов, (все они пережили эвакуацию, у большинства отцы прошли войну, у некоторых - убиты) и конечно в письмах его родителей (мой дедушка был толстовец (еврей-толстовец!) и еще при царе сидел в тюрьме за отказ от воинской повинности). Везде в этих письмах – взгляд внутрь. Внутрь себя, внутрь отношений, внутрь языка. Какое там вставание с колен и величие страны - ффу. Важна жизнь. Жизни. Дыхание.Эти письма рассыпаются в руках. Края бумаги крошатся. Штемпелей не разобрать. Они ощущаются почти папирусами. Во всяком случае частью совсем другой цивилизации. Которую мы подвели

Александр Дугин, философ, лидер международного Евразийского движения, главный редактор портала Катехон, рассказал о том, чего ждать от второй фазы СВО в Украине, которую уже официально анонсировал Кремль и глава МИДа Сергей Лавров. По мнению Дугина, картина фронта неразрывно связана с процессами во внутренней политике России. "Если мы всерьез решились продвигаться там, это с необходимостью вызовет продолжение патриотических реформ и внутри России. Это связано между собой более тесно, чем кажется. Успехи вовне требуют сдвигов внутри. Патриотизм станет не половинчатым, как сейчас, а полноценным, бескомпромиссным и жестким. Без народного единения успешного завершения боевых действий не случится. На фоне недостаточных технических усилий в России должно случиться "русское пробуждение". Надо срочно менять экономику в России. Люди должны возвращаться к земле, к домам, к ремеслу, к волшебным козам и священным баранам. И дети должны ходить в лес за малиной и собирать ее, делясь с медведями. Боевые действия на Украине – это наша война с Западом, с НАТО и с новым мировым порядком, с либерально-нацистским мировым порядком. Поэтому каждый должен внести свой вклад в Победу. А значит, каждый должен внести свой вклад в Русское Пробуждение".

🌯На фоне закрытия Макдональдса, продажи шаурмы выросли в 23 раза Чаще всего шаурму покупают студенты, таксисты и курьеры. Самая дешевая шаурма продаётся в России – от 100₽ до 250₽, а самая дорогая в Англии и США – 600₽.

Умер Игорь Свинаренко. Отличный журналист, яркая фигура. Перепощу, как многие, одну из его последних записей в фб

НА УКРАИНЕ ИЛИ В УКРАИНЕ? 🇺🇦Противники употребления в отношении Украины союза «в» любят говорить, что такова традиция: всегда в России говорили «на Украине», и нечего тут огород городить. К счастью, правдивость этого довода легко проверяется. Давайте же посмотрим, что по этому поводу скажут русскоязычные классики.Кондратий Рылеев: «Монарх почтил его посещением, обласкал, изъявил особенное благоволение и с честию отпустил в Украину».(Исторические предисловия к «Думам»)Николай Карамзин: «…поставив войско на берегах Оки и в Украине, велев надежным чиновникам осмотреть его и воеводам ждать царского указа, чтобы идти для усмирения врагов, где они явятся, ― Василий немедленно занялся делами внешними».(История государства Российского: Том 12)Александр Пушкин: «Но узнав, что Карл пошел к Волыни, Петр тот же час решился отправиться в Украйну». (История Петра: Подготовительные тексты)Николай Гоголь: «Есть такие, что имеют жен в Польше; есть такие, что имеют жен в Украине; есть такие, что имеют жен и в Турещине». (Ночь перед Рождеством)Владимир Одоевский: «Я отвечал ей, что у меня в Украине также есть небольшая усадьба, и мы скоро увидели, что были довольно близкими соседями».(Косморама)Александр Герцен: «Она уехала в Украину, я собирался в ссылку». (Былое и думы)Лев Толстой: «Багратион долго не присоединяется (хотя в этом главная цель всех начальствующих лиц) потому, что ему кажется, что он на этом марше ставит в опасность свою армию и что выгоднее всего для него отступить левее и южнее, беспокоя с фланга и тыла неприятеля и комплектуя свою армию в Украине».(Война и мир. Том третий)Владимир Короленко: «Такую дуду не найти вам ни у одного пастуха в Украине, не то что у подпаска…»(Слепой музыкант)Михаил Пришвин: «И ушел, а женщины, одна с двумя, другая с пятью детьми, остались и рассказывали долго судьбу свою, что мужья их партийные и вот из-за них приходится то в Елец, то в Уфу, то в Украину…» (Дневники)Лев Троцкий: «…и Чудновский, раненный под Петроградом и убитый затем в У

Сегодня день памяти Бориса Рыжего. Посмотрите, какие стихи - в 21 год.* * *С мертвой куколкой мертвый ребенокна кровать мою ночью садится.За окном моим белый осколокноровит оборваться, разбиться.«Кто ты, мальчик?» - «Я девочка, дядя.Погляди, я как куколка стала...»« - Ах, чего тебе, девочка, надо,своего, что ли, горя мне мало?»«Где ты был, когда нас убивали?Самолеты над нами кружились...»« - Я писал. И печатал в журнале.Чтобы люди добрей становились...»Искривляются синие губки,и летит в меня мертвая кукла.Просыпаюсь - обидно и жутко.За окном моим лунно и тускло.Нет на свете гуманнее ада,ничего нет банальней и проще.Есть места, где от детского садапять шагов до кладбищенской рощи.« - Так лежи в своей теплой могиле -без тебя мне находятся судьи...»Боже мой, а меня не убилина войне вашей, милые люди?Декабрь 1995 ( via Олег Дозморов)

Ах, какая была держава!Ах, какие в ней люди были!Как торжественно-величавоЗвуки гимна над миром плыли!Ах, как были открыты лица,Как наполнены светом взгляды!Как красива была столица!Как величественны парады!Проходя триумфальным маршем,Безупречно красивым строем,Молодежь присягала старшим,Закаленным в боях героям -Не деляги и прохиндеиПопадали у нас в кумиры...Ибо в людях жила - идея!Жажда быть в авангарде мира!Что же было такого злогоВ том, что мы понимали твердо,Что "товарищ" - не просто слово,И звучит это слово гордо?В том, что были одним народом,Крепко спаянным общей верой,Что достоинства - не доходом,А иной измеряли мерой?В том, что пошлости на потребуНе топили в грязи искусство?Что мальчишек манило небо?Что у девушек были чувства?Ах, насколько все нынче гаже,Хуже, ниже и даже реже:Пусть мелодия гимна - та же,Но порыв и идея - где же?И всего нестерпимей гореВ невозможности примиренийНе с утратою территорий,Но с потерею поколений!Как ни пыжатся эти рожи,Разве место при них надежде?Ах, как все это непохожеНа страну, что мы знали прежде!Что была молода, крылата,Силы множила год за годом,Где народ уважал солдатаИ гордился солдат народом.Ту, где светлыми были дали,Ту, где были чисты просторы...А какое кино снималиНаши лучшие режиссеры!А какие звенели песни!Как от них расправлялись плечи!Как под них мы шагали вместеРанним утром заре навстречу!Эти песни - о главном в жизни:О свободе, мечте, полете,О любви к дорогой отчизне,О труде, что всегда в почете,И о девушках, что цветамиРасцветают под солнцем мая,И о ждущей нас дома маме,И о с детства знакомом крае,И о чести, и об отваге,И о верном, надежном друге...И алели над нами флагиС черной свастикой в белом круге. * (Юрий Нестеренко)

Великий человек

Книга Анатолия Наймана «Рассказы о Анне Ахматовой» начинается с описания сна. Ахматова говорит: «Вообще, самое скучное на свете - чужие сны и чужой блуд. Но вы заслужили. Мой сон я видела в ночь на первое октября. После мировой катастрофы я, одна-одинешенька, стою на земле, на слякоти, на грязи, скольжу, не могу удержаться на ногах, почву размывает. И откуда-то сверху расширяясь по мере приближенья и поэтому все более мне угрожая, низвергается поток, в который соединились все великие реки мира: Нил, Ганг, Волга, Миссисипи... Только этого не хватало».Я эту фразу про самое «скучное на свете» всегда помнил и каждый раз, когда мы, например, в Большом городе хотели записать рассказы о снах, от этих идей отказывался. Хотя это конечно, не правда - и сон Ахматовой тому лишнее подтверждение. А уж про чужой блуд - на этом не одна индустрия держится и процветает (от жёлтых газет до порносайтов и телепередач российских пропагандистов). Да и про сны - недавно Мика Голубовский с коллегами придумал и сделал потрясающий материал с «Мемориалом»: сны заключённых ГУЛАГа. Я не Ахматова, и сны мои, мой Телемак, не такие апокалиптичные и не безгрешны. Вот вчера, например, мне приснился Путин. Но он был не белым червем с грязью вместо речи и куском подмерзшего навоза на месте сердца, а немного суетливым гопником среднего звена, не лишенным обречённого обаяния - что делать, снам не прикажешь. Мы гуляли по весеннему городу, в котором нет войны. И внезапно этот путин увидел велосипед, сказал: «о, колесики!», вскочил на него и куда-то погнал. К удивлению всех окружающих. Из этого эпизода я во сне сделал быстрый вывод: этот поц понятия не имеет, что захочет его левая нога через пять минут, и решения принимает спонтанно, как годовалая макака в московском зоопарке поздним ноябрем. «Крути педали пока не дали» - сказал в моем сне удаляющейся фигуре мужичок напоминающий Леонова из «Белорусского вокзала». От этого сна мне было не очень здорово. Но сразу после показали ещё один «фильм», а тот первый,

Парк архитектора Александра Бродского в подмосковной усадьбе Веретьево получил золото престижной международной премии Urban Design & Architecture Design Awards 2022