Феликс Шифрин | Спорт и психология

Не раз слышал мнение, которое, например, недавно высказывали тренеры Кержаков и Шалимов: третье место в РПЛ сейчас ничего не дает. Еврокубков нет, значит особой разницы между третьим и пятым тоже нет. Есть только первое место.И в этой позиции очень хорошо видна разница между двумя подходами к построению команды: культурой мгновенного результата и культурой накопления устойчивости.Таблица отражает не только медали. Она показывает направление развития команды.Есть старая спортивная фраза: игра забывается – результат остается. И через время именно таблица становится отражением пути команды.Третье место создает ощущение движения вперед. Подтверждает, что команда приблизилась. Делает сезон частью накопления силы.Пятое место при задаче «только чемпионство» уже легче воспринимается как откат или тупик. А это напрямую влияет на устойчивость системы.Возьмем Краснодар. До чемпионства команда несколько раз заходила в тройку. Именно эти сезоны создавали внутреннее ощущение: «Мы уже рядом. Мы способны. Мы движемся правильно».Это и есть накопление психологии победителей, которая не возникает в день завоевания титула. Она появляется раньше – через постепенное привыкание команды к высоким местам, высокому давлению и высоким ожиданиям.Команда учится жить наверху. Выдерживать длинную дистанцию. Ощущать себя претендентом.И когда такой путь проходит несколько циклов подряд, возникает очень важная вещь – коллективная вера в собственную силу.Тут важно, что это не эмоциональная вера. Спокойное внутреннее понимание: «Мы способны это сделать».Именно поэтому третье место отличается от пятого. Третье место отражает накопление устойчивости, подтверждает правильность движения и показывает взросление команды.Культура мгновенного результата живет иначе. Там существует только первое место. Все остальное воспринимается как провал.В такой среде каждый сезон превращается в повод начинать заново: увольнять тренеров, менять курс, перестраивать состав. Процесс постоянно обнуляется – и команда перестает

В комментариях попросили разобрать, что сейчас происходит в мадридском «Реале». Вокруг клуба в последние дни появилось слишком много новостей: напряжение, конфликты, вспышки эмоций на тренировках, разговоры о расколе раздевалки. «Реал» за короткий промежуток времени очень сильно изменился. Команда прошла через смену поколений, изменение внутренней иерархии и сразу через двойную смену тренерского вектора. Вместе с этим поменялась энергетика команды.Раньше у «Реала» существовало очень редкое качество – внутреннее ощущение порядка. Даже в сложные периоды команда производила впечатление системы, которая понимает, куда идет. На поле могли происходить странные вещи, игра могла качнуться в любую сторону, соперник мог доминировать большую часть матча. А потом «Реал» словно включал какой-то внутренний режим и забирал игру.Потому что внутри существовал мощный психологический каркас.Сейчас «Реал» переживает момент внутренней перестройки. Меняется иерархия, распределение влияния, эмоциональный центр команды. А такие периоды всегда становятся одними из самых сложных для большого коллектива.Потому что талантов хватает почти у всех топ-клубов. Главный вопрос всегда в другом: кто задает психологический ритм команды? Кто удерживает баланс между эго, амбициями и общей целью? Кто собирает раздевалку вокруг общей идеи?Сегодняшний «Реал» выглядит как команда огромной энергии. Мбаппе, Винисиус, Беллингем, Вальверде, Тчуамени – это футболисты колоссальной интенсивности. Каждый привык быть центром событий. Каждый хочет влиять. Каждый эмоционально включен в происходящее.Именно поэтому напряжение сейчас выглядит закономерным. Команда сейчас проходит через очень сложный процесс внутренней перестройки. Меняются роли, влияние, лидерство, эмоциональные связи внутри коллектива. А такие периоды почти всегда сопровождаются вспышками, повышенной чувствительностью и внутренним напряжением.Вообще, происходящее очень похоже на классическую групповую динамику, которую описывал Такмен.Сначала идет этап ф

Есть фраза, которая звучит почти как аксиома.Лучший психолог – это тренер.В ней есть правда. Тренер каждый день внутри процесса, задаёт тон, управляет вниманием, через реакцию формирует состояние игроков. Психология в этот момент происходит прямо на поле – в словах, паузах, взглядах, решениях.Но дальше появляется нюанс.Тренер не только поддерживает. Он оценивает. Решает, кто играет, а кто ждёт, кому доверить, а кому дать паузу. И в этой точке влияние начинает сталкиваться с ролью.Игрок это чувствует. И постепенно начинает фильтровать, что показывать и что оставлять внутри.Где проходит эта граница? И может ли тренер действительно закрыть всю психологию команды?Разобрал это во второй части более подробно. Ссылка на материал: https://www.sports.ru/health/blogs/3402378.html

Проблема ЦСКА при Фабио Челестини – не в одном решении. Проблема в том, что клуб и тренер одновременно запустили процесс заново, когда он только начал работать.Летом-осенью команда складывалась. Там не было перегруженности выбором – зато была ясность ролей. Бегунки Глебов и Круговой по краям почти без альтернативы. Шарнирный треугольник в центре поля Кисляк–Обляков–Алвес – без вариантов. Была простая, почти хрупкая вещь – ощущение себя на поле. Игрок понимал, где он, зачем он и что от него ждут.Зимой это ощущение начали размывать. В эту тонкую конструкцию добавили «логичное» – конкуренцию.Пришли Гонду, Баринов, Козлов и другие. Добавился новый тренерский штаб, где есть даже специалист по стандартам.Понятно, что конкуренция сама по себе – не зло. Но есть стадия, где она разрушает.Молодая, неустоявшаяся команда живет не за счет конкуренции, а за счет доверия и повторяемости. Когда ты выходишь и не думаешь: «А вдруг сегодня не я? А вдруг меня поменяют? А вдруг я хуже?»Как только появляются сравнения – появляется лишняя мысль. Лишняя мысль – это минус полсекунды. Минус полсекунды – это уже не тот футбол.Плюс ко всему конфликт с Мойзесом затронул лидерский уровень. Уход Дивеева повлиял на устойчивость обороны. Расширение штаба добавило новые голоса внутри процесса.Система стала сложнее. Управление потребовало большей точности. В какой-то момент команда перестала быть командой, а стала набором вариантов.И вот здесь, считаю, тренер не справился вместе с клубом.Клуб – потому что ускорил процесс, не дав конструкции окрепнуть. Тренер – потому что принял эту игру и начал перестраивать заново.Челестини получил больше возможностей – и вместе с этим встал перед необходимостью выбирать. Каждое новое решение влияло на уже сложившиеся связи. Каждое изменение состава перестраивало взаимодействия. Команда снова оказалась в стадии поиска.Он мог сделать иначе: зафиксировать костяк, встроить новичков точечно, сохранить уже найденные автоматизмы.Но он пошел по пути: «У меня стало больше

Что такое уверенность?Для меня это вера в свои способности выполнить задачу.Иногда задаю клиентам вопрос:👉 нужно ли быть успешным, чтобы стать уверенным?или👉 нужно быть уверенным, чтобы стать успешным?Многие думают, что сначала успех, потом уверенность. Но на самом деле чаще работает наоборот:сначала уверенность – потом результат.Потому что уверенность – это то, как вы себя ощущаете. Это вера в свои навыки, в свои способности, в то, что вы можете справиться.И здесь важно понять: что для вас успех?Это только победа? Или это способность выйти и сделать максимум в текущем состоянии?

Можно ли растить игроков без психолога?На первый взгляд – да. Тренер управляет процессом, задаёт требования, держит команду.Но если копать глубже, становится видно, что часть работы просто остаётся без внимания.Не потому что её игнорируют. А потому что она нигде не оформлена.В блоге на Спортсе разобрал это на конкретном кейсе «Зенита». Что происходит, когда психолога нет как части системы, и как в таких условиях распределяется его функция.Этот большой текст даёт старт серии материалов о том, как может быть устроена психологическая служба в развитии игроков.Ссылка на материал: https://www.sports.ru/football/blogs/3399622.html

Недавно работал с игроком, который восстановился после травмы. Физически он уже был давно готов. Но игра не возвращалась.И в какой-то момент стало ясно: дело не в ноге. Дело в состоянии.Возвращение после травмы почти всегда воспринимается как физический процесс. В реальности всё решает то, что происходит внутри игрока.1. После травмы тело часто готово раньше, чем голова. Движения есть, но внутри остаётся осторожность.Игрок начинает «страховаться» – и из-за этого теряет скорость. Игра замедляется не из-за формы, а из-за восприятия риска.2. Возвращение требует постепенности. Сначала – включение в процесс. Потом – рост интенсивности. И только потом – полноценная игра. Попытка сразу играть «как раньше» почти всегда создаёт лишнее напряжение.3. Уверенность не возвращается сама. Её нельзя просто «почувствовать». Она собирается через действия. Через простые эпизоды и накопление опыта.4. Сомнения приходят почти всегда. Вопрос не в том, есть ли они. Вопрос – есть ли на них ответ. Появляется ясность – появляется контроль. А вместе с ним – стабильность.5. Переломный момент – это восстановление доверия к телу. Когда игрок перестаёт проверять каждое движение. И начинает играть.Именно в этот момент возвращаются скорость, свобода и чувство игры.

Есть одна данность, о которой редко говорят вслух.В российском футболе работа психолога почти никогда не встроена в систему изначально. Она появляется иначе. Через тренера.И здесь возникает важный момент.Психолог не получает доступ к команде автоматически. Он его зарабатывает. Через доверие. Через влияние. Через то, как его воспринимает главный тренер.Если тренер не верит – работы нет. Если тренер сомневается – доступ ограничен. Если тренер чувствует пользу –пространство постепенно расширяется.И в этом есть своя логика, потому что именно тренер держит команду. И именно он определяет, кто и как влияет на игроков.Но в этой модели есть один скрытый слой, который почти не обсуждается.Психолог внутри команды очень быстро перестаёт быть просто человеком, который «работает с состоянием».Он становится диагностом. Причём скрытым.Через простые вещи – упражнения, разговоры, реакции – он начинает видеть то, что не всегда видно снаружи.Кто реально влияет в раздевалке, где есть напряжение, как распределяются роли, кто выпадает, кто тянет на себя внимание, а кто, наоборот, уходит в тень.Он видит, как команда устроена изнутри. И в этот момент его роль меняется.Психолог становится не только тем, кто помогает игроку. Он становится тем, кто понимает систему. Фактически он становится аналитиком командной динамики.И парадокс в том, что: пока ты не научился видеть – тебе не дадут работать. А пока тебе не дают работать – тебе нужно как-то показать, что ты видишь.И именно здесь начинается самое интересное. В одних клубах эта функция остаётся точечной (зависит от личности, от доверия, от случая). А в других – она становится частью структуры. Я как раз начал разбирать, как это устроено в академиях разных клубов. Где психология растворена в среде. Где она оформлена как отдельная функция. Где она соединяет уровни клуба в единую систему.Готовлю об этом серию больших текстов. Скоро выложу первую часть.

Вопрос от клиента – как тренироваться, чтобы реально прогрессировать, а не просто «отрабатывать»?Результат тренировки определяется тем, насколько она переносится в игру. Именно поэтому эффективность зависит не от объёма, а от качества и осознанности процесса.1. Тренировка должна быть приближена к игре – чем больше в ней игровых ситуаций, тем проще перенос на матч. Изолированные повторы развивают технику, но слабо работают в соревновательных условиях.2. Каждый элемент тренировки должен иметь связь с матчем – игрок понимает, где и как он будет использовать это в игре.3. Осознанность создаёт прогресс – важно не просто выполнять упражнения, а понимать, зачем они делаются и какую задачу решают.4. Перенос в соревнование – ключевой критерий эффективности – если навык не проявляется в игре – формат тренировки нужно менять.5. Лучшие тренировки формируют решения – не только технику, но и умение действовать в игровом контексте.6. Важно тренировать не только действия, но и состояние – если на тренировке всё комфортно, а в игре есть давление, перенос будет слабым. Тренировка должна включать элементы напряжения.7. Элемент неопределённости ускоряет рост – в игре нет предсказуемых ситуаций. Чем больше в тренировке вариативности и необходимости адаптироваться, тем выше готовность к матчу.

Я часто смотрю на команды и вижу одну и ту же картину.Хорошие игроки. Нормальная тактика. А игры нет.Сильная команда начинается с того, как игроки взаимодействуют друг с другом.Есть простая формула: команда = коммуникация + доверие.Игроки, которые говорят друг с другом, быстрее принимают решения, чувствуют игру и держат ритм. Простые подсказки в моменте создают ощущение единого поля и снимают лишние сомнения.Ясные роли дают свободу. Когда игрок понимает, за что он отвечает и где его зона влияния, он действует увереннее и не тратит энергию на лишние решения.Когда есть поддержка, команда держится в игре. Поддержка – это дать игроку остаться в игре. После ошибки есть два варианта: молчание и реакция. Важно быстро вернуть партнёра в процесс – коротко, по делу и без оценки.Я всегда смотрю на это просто: есть ли связь между игроками. Если есть – команда играет. Если нет – каждый остаётся сам по себе. И игра рассыпается, даже если по отдельности они сильные.

Аким Белохонов – один из самых ярких российских нападающих своего возраста: 30+ голов за сезон в ЮФЛ, доверие со стороны Андрея Аршавина, сборы с основой «Зенита». И при этом – завершение футбольной карьеры в 22 года.В его истории ключевую роль сыграли внутренние установки, которые постепенно начали работать против него. Первая – связь между лёгкостью и «своим делом»: пока футбол ощущался как игра и удовольствие, всё было на месте. Когда пришли требования, конкуренция и давление, возникло ощущение, что пропал сам смысл. Хотя на деле это естественный переход во взрослый уровень, где удовольствие не исчезает, а меняет форму.Вторая установка – обесценивание себя. Даже на фоне голов, сборов с основой и доверия со стороны клуба внутри оставалось ощущение «я здесь случайно». В такой позиции рост не закрепляется: каждое новое достижение воспринимается как временное, а не как подтверждение уровня.Третья – разделение жизни на «футбол как временный этап» и «настоящую реализацию где-то ещё». Как только появляется такая внутренняя граница, вовлечённость падает. Игрок продолжает тренироваться, но уже не находится в процессе полностью.Отдельно важен момент с книгой «Правило №1 – никогда не быть №2». Похоже, он интерпретировал эту идею как необходимость быть номером один во всём или не быть вовсе. Но в спорте путь почти всегда выглядит иначе: сначала ты второй, третий, запасной, ученик – и именно через это становишься первым. Неспособность принять этап «не №1» часто обрывает карьеру раньше, чем она по-настоящему начинается.И здесь как раз та зона, где спортивный психолог мог бы сохранить игрока внутри системы (в «Зените», напомню, эту опцию решили убрать – видимо, чтобы не усложнять простые вещи и не мешать таланту разбираться с собой в одиночку): не уговаривать остаться, а помочь пересобрать восприятие – объяснить переход от юношеского футбола к профессиональному, научить сохранять удовольствие внутри дисциплины, убрать внутреннее обесценивание и помочь присвоить свой уровень без

Вернуться к себе– У меня странная история, – сказал он, глядя в пол. – На тренировке всё есть. Я чувствую игру. А на матчах… как будто не я.Я кивнул. Слишком знакомое начало.– Что меняется? – спросил я.Он пожал плечами.– Не знаю. Как будто… начинаю думать. Слишком много.Пауза.– О чём?– О всём. Что скажет тренер. Что подумают родители. Если ошибусь – что дальше будет. Иногда даже думаю, что скажу после игры.– То есть игра заканчивается ещё до того, как началась?Он усмехнулся.– Похоже на то.– А на тренировке ты об этом думаешь?– Нет. Там просто играю.– Значит, дело не в игре.Он поднял глаза.– А в чём тогда?– В том, для кого ты играешь.Он нахмурился.– В смысле?– На тренировке – для себя. На игре – для всех остальных.Он замолчал.Я не торопил.– Похоже на правду, – сказал он наконец. – Как будто нужно доказать. Показать.– Кому?Он задумался.– Всем.– Тяжёлая аудитория, – сказал я. – Сразу весь мир.Он улыбнулся.– Да.– Скажи, когда партнёр ошибается, ты долго об этом думаешь?– Нет. Через секунду забываю.– А про себя?Он чуть поморщился.– Там… по-другому.– Конечно. Там же судья построже.Он отвёл взгляд.– А теперь добавь сюда соцсети. Сравнения. Комментарии. Ты уже не играешь. Ты выступаешь.Он выдохнул.– И что с этим делать?– Начать с простого. Зачем ты вообще играешь?Он ответил не сразу.– Раньше – потому что нравилось, – сказал он тихо. – Сейчас… не знаю.– Вот туда и нужно вернуться.Пауза.– А мнение других?– Оно будет всегда. Вопрос – где ты в этот момент.Он посмотрел внимательнее.– Если ты на поле – играешь. Если в голове – оцениваешь.Он это принял.– Значит, мне нужно вернуться в игру?– Тебе нужно вернуться к себе.Он усмехнулся.– Звучит проще, чем есть.– Конечно. Но ты уже это умеешь.– Где?– На тренировке.Он замолчал. На этот раз дольше.– То есть… ничего нового не нужно?– Нет. Нужно перестать мешать тому, что уже есть.Он поднялся.– Тогда попробую.– Не попробуешь, – сказал я. – Просто сыграешь.Он кивнул почти незаметно. И впервые за разговор выглядел как тот самый игрок, о кото

У спортсмена перед игрой всегда появляется волнение.Вопрос не в том, есть ли оно. Вопрос – какое именно.Есть два состояния, которые внешне похожи, но дают совершенно разный результат.Первое – рабочее волнение.Пульс выше обычного. Тело собрано. Есть внутренняя энергия. Внимание обостряется.Это состояние входа в игру. Организм включает режим борьбы: даёт скорость, реакцию, остроту.Сильные спортсмены его знают. И даже ищут. Если этого нет – пропадает ощущение включённости.Такое волнение направляют в действие. Через него начинают матч, ловят ритм, входят в игру.Второе – тревожное волнение.Симптомы похожи: тот же пульс, то же напряжение.Но внутри другое содержание. Появляются мысли: про результат, про ошибки, про оценку, про последствия.И энергия начинает сжиматься. Возникает осторожность. Движения становятся скованными. Решения – запоздалыми.Разница между этими состояниями – не в теле. Разница в интерпретации.В первом случае спортсмен читает это как готовность. Во втором – как угрозу.Отсюда и поведение. В первом – действие. Во втором – защита.Поэтому ключевой навык: различать.Где у тебя энергия. А где страх.С энергией работают просто – её направляют в игру.Со страхом – отдельно. Через разбор ожиданий и давления: страх ошибки, страх подвести, страх не оправдать вложения...Когда это становится понятным, меняется главное. Спортсмен перестаёт бороться с состоянием. И начинает им пользоваться.С этого момента появляется свобода. А вместе с ней – игра.

Гроссмейстер из Узбекистана Жавохир Синдаров выиграл турнир претендентов и поборется в матче за мировую шахматную корону. На таком уровне разница уже не в знаниях. Все всё умеют. Разница – в том, как ты ведёшь себя внутри партии.Вот 5 вещей, которые бросаются в глаза у Синдарова.1. Он не усложняет в сложной позицииКогда позиция становится непростой, большинство игроков начинает ещё сильнее углубляться – искать всё более сложные варианты. Синдаров делает наоборот: убирает лишнее, находит простое решение и за счёт этого быстрее других выходит из хаоса.2. Он не играет против имениНа таком уровне это решает. Почти все чуть-чуть подстраиваются под соперника.Чуть-чуть уважают. Чуть-чуть осторожничают. Жавохир – нет.Не видно, что он “играет с Накамурой”. Он просто играет позицию. И за счёт этого остаётся в своей игре.3. Он не избегает острой игрыОн готов в неё зайти. Не избегает риска. Не уходит от напряжения. Не ищет “безопасный путь”.И за счёт этого получает больше возможностей.4. Он чувствует моментЕсть ситуации, когда позиция ещё нормальная, но через один ход может начать сыпаться. И он часто ловит именно этот момент.Может быть не всегда самый точный в расчёте, но очень точный по времени – когда нужно сыграть активно, а когда подождать.В шахматах это решает: вовремя сделать ход – часто важнее, чем найти идеальный.5. Он умеет доводитьЭто одно из самых недооценённых качеств.Получить перевес – это только половина дела. Главное – его удержать.И вот здесь многие начинают спешить: пытаются быстрее закончить, дожать, не упустить.А он – нет. Остаётся в процессе. Не меняет стиль и не спешит. И за счёт этого не отдаёт партии.Если собрать всё в одну мысль, получается простая вещь.Этот 20-летний парень не пытается играть лучше всех. Не пытается контролировать всё. И не пытается доказать.Он просто заходит в сложную игру, внутри неё не усложняет, чувствует момент, и спокойно доводит. Без суеты. Без лишних действий. Без попытки ускорить результат.И на таком уровне это и решает, пото

Еще одно большое теннисное интервью отца и одновременно бывшего тренера Александра Бублика, между которыми сейчас нет отношений.Это история про одну из самых сложных точек в спорте – где пересекаются любовь, амбиции и власть взрослого над детским путём.В какой-то момент родитель сталкивается с вопросом, у которого нет простого ответа.Где заканчивается поддержка и начинается давление. Где дисциплина помогает, а где начинает сжимать. Когда нужно настоять, а когда – дать пространство.Ответа в виде правила не существует.Потому что этот вопрос живёт между двумя крайностями.Если полностью отпустить ребёнка, спорт часто заканчивается раньше, чем начинается. Интерес нестабилен. Усилие требует опоры. И путь без рамки редко становится длинным.Если полностью взять управление на себя, результат может прийти. Но вместе с ним ослабевает ощущение собственного пути. Когда движение долго держится на воле взрослого, оно постепенно перестаёт принадлежать самому ребёнку. И даже высокий результат может ощущаться как чужой проект.Вот этот разрыв и создаёт напряжение. Родитель как будто выбирает между двумя сценариями: либо сохранить отношения и отпустить, либо дожать и получить результат.Но в реальности есть третья точка. Та, в которой не нужно выбирать.Ребёнку нужна рамка. И ему нужно авторство.Рамка даёт направление. Авторство даёт внутреннюю опору.Когда есть только рамка – появляется исполнитель. Когда есть только свобода – путь рассыпается.Рабочая конструкция возникает в другом месте.Родитель задаёт вектор и удерживает регулярность. Ребёнок постепенно присваивает решения внутри этого вектора.Родитель помогает проходить сложные моменты. Ребёнок учится выбирать, как именно с ними справляться.Родитель поддерживает усилие. Ребёнок начинает чувствовать, зачем он это делает.В какой-то момент это становится заметно.Ребёнок меньше оглядывается. Больше решает сам. Игра становится живее. Ошибки перестают пугать так сильно.И главное – путь становится его.Возможно, именно здесь проходит граница,