Музейное дело

Продолжаем экскурсию по #центральныймузейтруда 8 марта 1925 года в Центральном музее труда был открыт отдел женского труда. Тема женского труда стала важной, в Наркомтруде работала комиссия по изучению женского труда. Отдел музея состоял в основном из плакатов, иллюстрировавших ключевые на тот момент идеи о женском труде. Женщина обладает меньшей физической силой по сравнению с мужчиной, она физиологически слабее, поэтому Советская власть охраняет ее особыми законами.Заболеваемость женщин выше заболеваемости мужчин, как это видно из данных Цустраха и Московского Губсоцстраха. По данным московских страховых касс, количество больных туберкулезом и нервными заболеваниями среди женщин больше, чем среди мужчин, и только травматизм (увечность) у них меньше.Повышенная заболеваемость находится в связи с тем, что женщине, кроме фабрики, приходится уделять много сил и времени домашней работе. По данным Струмилина, женщина работает 8 часов на фабрике и около 6 часов дома, в то время как мужчина работает на фабрике 8 часов, дома—около 3 часов.Промышленные яды, свинец и другие, действуют сильнее на женщин, чем на мужчин.Профессия влияет на количество выкидышей у женщин-работниц; у костромских работниц-текстильщиц выкидышей больше, чем у жен рабочих, а у ткачих, в связи с сотрясением пола, больше выкидышей, чем у других работниц-текстильщиц.Только в Советской России работница во время беременности пользуется отпуском—8 недель до родов и 8 недель после родов, в то время, как в царские времена, по данным доктора Вигдорчика, 73% всех беременных работниц работали на фабрике до самых родов и 37% уходили на фабрику работать раньше двух недель. Достаточный отдых работниц перед родами и улучшение условий труда на фабриках и заводах Советской России отразились на весе новорожденных детей работниц. По недавно проведенным исследованиям д-ра Письменного в г. Серпухове, средний вес новорожденных у работниц-текстильщиц, повторнородящих, на фабрике б. Коншина увеличился за время после революции

Сегодня продолжим рассказывать о музеях труда. Как многие советские прогрессивные музеи того времени, Центральный музей труда возил по стране «вагоны-выставки». Конечно, это малоизученный (и почти незафиксированный) пласт музейного дизайна — развитие концепции революционных агитпоездов. Еще в 1919-1920 некоторые из агитпоездов и агитпароходов имели похожую специфику, демонстрируя экспозиции на тему санпросвета, охраны материнства и младенчества и борьбы с неграмотностью. Однако новый дизайн музейных вагонов, как мы можем оценить на фото, уже не имел ничего общего с кустарным оформлением ранних агитпоездов. К сожалению, мы пока не обнаружили имен художников, разрабатывавших эти интерьеры.«Выставка на колесах», вагон-выставка, иллюстрирующая и борющаяся за определенные явления — вот что может разрешить задачу обслуживания периферии. В силу ряда сложившихся условий Центральный музей труда является единственным в Москве обладателем сравнительно большого вагонно-выставочного хозяйства. Им оборудованы два вагона по вопросам труда на транспорте, семь вагонов, курсирующих по всему СССР, по вопросам техники безопасности в каменноугольной промышленности, вагон, иллюстрирующий технику безопасности в горной промышленности, вагон по вопросам труда в металлургической промышленности, один вагон по общим вопросам организации труда и технического нормирования. (…)Внутреннее оборудование вагона состоит из стройно подобранных экспозиционных щитов, на которых тематически расположен текстовой, графический, иллюстративный и вещевой материал, состоящий из рельефных диаграмм, действующих моделей, подлинных приборов, макетов, фотографических материалов и т. п. В вагоне имеется специальный кино-демонстрационный аппарат с соответствующим запасом кино-фильм, демонстрируемых перед посещающими вагон экскурсиями.Сравним посещаемость: за пять рейсов один из вагонов музея охватил около 29 тысяч посетителей, т. е. около ⅔ количества посетителей стационарной экспозиции Центрального музея труда. Наря

Изучаем музейный опыт: как (были) устроены музеи труда. Начали, конечно, с советской истории и московских музеев. В 1924 году был образован Центральный Музей Охраны Труда и Социального Страхования. Часть коллекции перешла от созданного еще до революции профессором Александром Погожевым на юрфаке МГУ Социального музея имени А. В. Погожевой (или Музея профессиональной гигиены и социальной экономики). Музей находился на улице Коммуны (Новой Басманной), 18 и располагался на двух этажах. Начинался просмотр со 2-го. Отделы: 1) физиологии труда, 2) профессиональной гигиены, 3) вентиляции фабрик и заводов, 4) промышленный травматизм (несчастные случаи) и борьба с ним (техника безопасности), 5) социальное страхование, 6) охрана женского труда, 7) охрана труда в различных производствах.Музей не выдуман, он отражает в себе ту интенсивную работу по охране труда, которая идет в органах охраны труда НКТ и профсоюзов по охране здоровья рабочего в производстве.Музей становился научно-методическим центром для музеев труда по всей стране: в Ростове-на-Дону, Баку, Тбилиси (Тифлис), Свердловске, Иваново-Вознесенске, Туле, Ярославле, Нижнем Новгороде, Костроме (открылся еще в 1923 году, его директор Аким стал потом директором московского музея) и др. Благодаря путеводителям сохранилось подробное описание каждого экспоната и достаточно много фотографий экспозиции музея.Наглядность и яркость подачи выставочного материала вызывают всяческое одобрение у одних и ярость и злобу у других.В музее были художественная мастерская; фотографическая лаборатория, чтобы делать съемки на фабриках и заводах и изготавливать диапозитивы; модельная мастерская для моделей и макетов; библиотека и читальня.В 1931 году посещаемость музея составила 40 449 человек, было проведено 4994 лекции на 297 тыс человек на предприятиях Москвы и области. Музей выпускал плакаты по технике безопасности, снимал докфильмы. При музее был театральный коллектив из двух бригад по 3-4 человека, короткие очерки по 30–40 минут показыв

Искала материалы про Центральный музей труда в Москве, а директор, судя по всему, был репрессирован. Нафтул Ефраимович Аким. Сначала организовал музей труда в Костроме (открыт в 1923-м), а потом в Москве (в 1924-м). Ничего особо не нашла, только ссылку на следственное дело, но оно в ГАРФ... В истории этого музея покопаюсь еще, там много интересного.

Третьи Гастевские выходные от Творческого сообщества МИРА в Суздале вновь приглашают подумать на темы, связанные с экспериментами 1910–1920-х — в культуре, искусстве, политике. О радикальных проектах мироустройства Казимира Малевича, Валерия Брюсова и других авторов газеты «Анархия» мы поговорим с филологом Анной Бражкиной, а с киноведом Максимом Семеновым обсудим фильм Фридриха Эрмлера о «попаданце» из дореволюционной России в советскую действительность 1929 года. Художники Ольга Балабанова и Иван Сахаров откроют однодневную Лабораторию экспериментальной цветной фотопечати на ткани СветДвиж имени Гастева, итогом станет презентация работ всех участников. Карина Федорова в Бюро Изобретений предложит заняться проектированием в технике коллажа. В Гастевской чайной мы поговорим о подпольных чайных и посмотрим анимацию 1920-х. А в конце посетим площадку будущего музея Гастева и Коллайдер. Вход на все мероприятия Гастевских выходных свободный. Локации: МИРА центр, Коллайдер и Ларец.Ждем вас 5 и 6 июля в Суздале!

Совсем редко сюда пишу, но все еще не оставила мысли, даже в архив собираюсь пойти одно следственное дело посмотреть. А пока анонс другого моего дела. Про 1920–1930-е, про проектирование музея об этом периоде тоже будем говорить. Мы с коллегами делаем музей Алексея Гастева в Суздале, и пока музея физически не существует, воплощаемся в Гастевских выходных. 5 и 6 июля, ниже анонс, приезжайте, будем очень рады! Суздаль отличное место для уикенда. На наш телеграм канал тоже подписывайтесь!

В музее истории ГУЛАГа меняется директор. Ничего хорошего я об этом не думаю, лучше скажу о Романе Романове. Хотя уже несколько лет в музее не работаю. Директора лучше сложно представить. Мало кто может построить такой музей: лучшая постоянная экспозиция, центр документации, социально-волонтерский центр, студия визуальной антропологии, куча премий, полки наград не выдерживали, проекты не перечислить. Посетители говорили про парадокс — чувствовать себя так хорошо в музее, который рассказывает о такой теме. Любви и поддержки как там я никогда и нигде не чувствовала. От коллег, посетителей – всех.Роман всегда в нас верил и доверял, было страшно подвести, не справиться, но так хотелось делать что-то хорошее. Чаще всего у всех получалось. Роман придумал гениальное решение в конце экспозиции — открытое окно, через которое видишь сегодняшнюю жизнь с детской площадкой, прохожими и надеждой. Я очень хочу сохранять у себя в душе такое окно с надеждой. Коллегам – поддержка и любовь.

Я не знаю, как высказаться. Ужасно переживаю за бывших коллег и вообще за все. Пара десятков чатов бурлят обсуждением происходящего. Попуглите про музей истории ГУЛАГа. Сегодня и так страшно, будем честны. Что теперь будет, я не знаю. Я все еще верю в свет, но это очень тяжело. Deus conservat omnia.

Бийский краеведческий музей им. В.В. Бианки. Фотография из фотоальбома «Бийский музей в 1930-х гг.» Фрагмент экспозиции, посвященный выращиванию огородных культур Бийского района. В Госкаталоге при этом датируется почему-то 1950-ми.