
Перед поездкой в Суздаль послушал интервью Вадима Дымова.Если не в курсе, кто это, то очень рекомендую прочитать статью на Forbes тут. Больше 20 лет он вкладывает в этот город деньги, энергию и часть своей жизни.Меня зацепила мысль о том, что пока другие предприниматели мечтают изменить страну, рынок или целую индустрию, Дымов мыслит иначе. Он не может изменить Россию или Москву, но может изменить конкретный город. Поэтому строит не рестораны, гостиницы или фермы, а экосистему города.Суздаль не выглядит как музей, не выглядит как вторая Москва. В нем есть своя философия – замедление, заземление.Керамика, русская кухня, старые дома, ферма, гостиницы и ремёсла (всё, чем занимается Дымов) выглядят как разные бизнесы. Но решают одну задачу – делают русскую культуру современной и желанной.В результате этого люди начали гордиться своим городом. И наверное, в этом и есть главный показатель успеха любого дела.В итоге: мы жили на даче Дымова, ели в ресторанах Дымова, ходили на завод керамики Дымова, ели на завтрак продукцию Дымова, покупали сладости Дымова)) - вот что значит построить «зонтичный бренд»Перед поездкой в Суздаль послушал интервью Вадима Дымова.Если не в курсе, кто это, то очень рекомендую прочитать статью на Forbes тут. Больше 20 лет он вкладывает в этот город деньги, энергию и часть своей жизни.Меня зацепила мысль о том, что пока другие предприниматели мечтают изменить страну, рынок или целую индустрию, Дымов мыслит иначе. Он не может изменить Россию или Москву, но может изменить конкретный город. Поэтому строит не рестораны, гостиницы или фермы, а экосистему города.Суздаль не выглядит как музей, не выглядит как вторая Москва. В нем есть своя философия – замедление, заземление.Керамика, русская кухня, старые дома, ферма, гостиницы и ремёсла (всё, чем занимается Дымов) выглядят как разные бизнесы. Но решают одну задачу – делают русскую культуру современной и желанной.В результате этого люди начали гордиться своим городом. И наверное, в этом и есть главный показ

