Лаборатория исследований сознания

https://www.youtube.com/watch?v=wHYVDVrCBRwА вот и запись! Обсуждаем космопсихизм и космопротопсихизм с Иваном Девятко.Подписывайтесь на мой Ютуб-канал, если еще не. И на канал Лаборатории исследований сознания в ТГ тоже подписывайтесь, где Иван будет писать всякое тематическое. А еще у них тоже есть Ютуб-канал.Подписаться на канал PhiloStalkeR

Сегодня в 18:00 на твиче обсудим с Иваном Девятко космопсихизм и космопротопсихизм. Все люди делятся на два типа: 1. "Космопсихизм - это как минимум красиво" 2. "Космическое сознание - гыгы, ну и бред!" Независимо от того, к какому типу вы относитесь, приходите…Наш последний докладчик обсудит с Матвеем Сергеевичем Сысоевым часть вопросов, которые остались нерешёнными.Разумеется, ожидаем, что нерешённых вопросов станет ещё больше.Приходите послушать.

Если Брахман есть сознание, означает ли это, что Брахман является субъектом? Терминологический ли это вопрос или вопрос по сути? На самом деле к нему можно отнестись не только историко-философски, как к чему-то что требует реконструкции. Великие философские системы прошлого могут служить также источником аргументов и тем для исследований. Что мы можем узнать, если попытаемся ответить на этот вопрос, заданный в прошлом сообщении?На первый взгляд ответ кажется очевидным.Сознание ведь всегда кому-то принадлежит. Если есть сознание, должен существовать тот, кто сознаёт. Тогда наиболее фундаментальное сознание легко представить как огромного космического наблюдателя. Вселенная разворачивается перед ним примерно так же, как окружающая комната разворачивается перед каждым из нас.Получается существо, которое видит все звёзды, слышит все звуки, чувствует каждое живое тело и одновременно знает всё происходящее. Его опыт был бы несравненно богаче человеческого, но сохранял бы знакомую структуру. Речь идёт о наиболее общей и очевидной структуре — существует субъект, а перед ним находится мир.Однако выражение «Брахман есть сознание» само по себе не сообщает ничего подобного.Чтобы увидеть проблему, нужно различить сознание, субъекта и личность. Пойдём сверху вниз.Личность обычно обладает биографией, памятью, характером, желаниями и способностью действовать. Она может принимать решения, вступать в отношения с другими личностями и отвечать за свои поступки.Концептуальный анализ понятия «субъект» требует меньше. Субъекту необязательно иметь сложный характер или размышлять о себе. Животное может быть субъектом боли, страха или зрительного восприятия, даже если оно не способно рассказать свою биографию.Но и субъект предполагает определённую структуру опыта.Существует точка зрения, из которой нечто переживается. А есть то, что дано в опыте. Наконец, есть различие между ними — между переживающим и переживаемым. Я вижу дерево. Дерево является объектом моего опыта. Я являюсь тем, кому оно

Конститутивный панпсихизм пытается закрыть объяснительный разрыв, указав на существование простейших феноменальных или протофеноменальных свойств внутри самой природы. Разумеется, для этого есть разные основания. Например, приведённая в одной из заметок выше хотя бы какая-то «информационность» любого элемента мира. Другой пример, подробно обсуждавшийся в литературе — попытка показать, что физика фиксирует только реляционные свойства объектов, но у них должны быть и какие-то внутренние свойства. Почему бы не предположить что они-то и носят феноменальный характер? Возможно, мы поговорим об этом позже.Космопсихизм же предлагает начать с другой стороны. Фундаментальным является сознательное целое, тождественное всей вселенной. Человеческое сознание тогда нужно понимать как зависимую, производную или, скажем, локальную форму этого более фундаментального сознания.Разумеется, космопсихизм изобрели не вчера. Сергей Владимирович справедливо указал на это после доклада Ивана.Эта идея хорошо знакома индийской философии. Самая очевидная ассоциация возникает с адвайта-ведантой. В этой традиции фундаментальной реальностью является Брахман, а подлинная природа индивидуального Я — Атмана — в конечном счёте тождественна Брахману.На первый взгляд перед нами почти готовый космопсихизм. Есть единая фундаментальная реальность, она несомненно связана с сознанием и множество индивидуальных субъектов каким-то образом зависит от неё. Казалось бы — вот оно.Однако сходство может оказаться обманчивым.Словосочетание «космическое сознание» допускает по меньшей мере три разных прочтения. Во-первых, вся вселенная может быть одним огромным субъектом. Тогда существует некто, для кого есть «каково это — быть вселенной». Во-вторых, сознание может быть фундаментальным свойством или аспектом реальности, хотя единого космического субъекта при этом нет. Именно на такую возможность напирал Матвей Сергеевич в дискуссии после доклада. В-третьих, может существовать единое сознание, а наше представление о множ

❗️Видеозапись 34-го регулярного заседания ЛИС при ИФЧ РГПУ им. А. И. Герцена- Смотреть в VK Видео- Смотреть на YouTubeДокладчик: Иван Владимирович Девятко, независимый исследователь, секретарь Лаборатории исследований сознания при ИФЧ РГПУ им. А. И. Герцена (Санкт-Петербург).Тема: Приоритетный космопсихизм как теория сознания- ЛИС в VK- ЛИС в Telegram- ЛИС на YouTubeСправки по адресу: quantropology@gmail.com

Дорогие друзья! Приглашаем на 34-е заседание Лаборатории исследований сознания. 18 июня 2026 г. 19:00-21:00 (время московское) Независимый исследователь, секретарь Лаборатории Исследований Сознания, Иван Владимирович Девятко (Санкт-Петербург). Если вы хотите…Литература к докладу Ивана.- Чалмерс, Дэвид. Сознающий ум. М.: URSS, Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2013.- Goff, Philip. "Why Panpsychism Doesn’t Help Us Explain Consciousness". Dialectica, 2009.- Nagasawa, Yujin, Wager, Khai. "Panpsychism and Priority Cosmopsychism". In: Godehard Brüntrup (ed.), Panpsychism. Oxford University Press, 2016.- Nagel, Thomas. Mind and Cosmos: Why the Materialist Neo-Darwinian Conception of Nature Is Almost Certainly False. Oxford University Press, 2012.- Schaffer, Jonathan. "Monism: The Priority of the Whole". The Philosophical Review, 2010.- Strawson, Galen. "Realistic Monism: Why Physicalism Entails Panpsychism". In: Real Materialism and Other Essays. Oxford University Press, 2008.

Дорогие друзья!Приглашаем на 34-е заседание Лаборатории исследований сознания.18 июня 2026 г. 19:00-21:00 (время московское)Независимый исследователь, секретарь Лаборатории Исследований Сознания, Иван Владимирович Девятко (Санкт-Петербург).Если вы хотите принять участие в мероприятии, зарегистрируйтесь здесь: https://forms.gle/yHyJyMwrUtDBDfB88 Через некоторое время вам будет выслана ссылка для подключения.Приоритетный космопсихизм как теория сознанияДоклад посвящён одной из радикальных альтернатив материализму в современной философии сознания — приоритетному космопсихизму. Будет представлена презентация этого взгляда на онтологический статус сознания, а также связанные с ним онтологические обязательства и аргументы. В качестве отправной точки будет взят провал в объяснении — даже полное объективное описание мозга, кажется, не объясняет, почему физические процессы сопровождаются субъективным опытом. Панпсихизм предлагает сильный ответ на эту трудность. Объяснительного провала нет, так как материя сама по себе не является полностью бессознательной и уже обладает либо сознательными, либо протосознательными свойствами. Однако за это решение приходится платить проблемой комбинации. Это вопрос — как из множества сознательных элементов возникает единый человеческий опыт именно в таком виде, в каком мы проживаем его каждое мгновение? Однако возможно сохранение теоретических преимуществ панпсихима при избавлении от проблемы комбинации. Достаточно взять обратное направление объяснения. Целое может быть фундаментальнее своих частей. На этой основе и строится космопсихизм Юджина Нагасавы и Кая Вагера. Космопсихизм — теория, согласно которой базовой является не протосознательность материальных частиц, а космическая форма сознания. Тогда индивидуальные сознания производны от неё. Как можно защитить такую позицию? Что может её мотивировать? К каким онтологическим обязательствам и иным следствиям она вынуждает? Это и будет рассмотрено в докладе.Справки по адресу: quantropology@gma

Кратко резюмируем идею конститутивного панпсихизма. Сознание сложного существа не возникает из абсолютно несознательной материи. Оно составляется из более простых феноменальных или протофеноменальных аспектов природы.Если в природе уже есть элементарный феноменальный аспект, то опыт не нужно получать из полного отсутствия опыта. Это решает важнейшую проблему философии сознания — даёт ответ на вопрос почему функционирование неких физических систем не происходит «в темноте», а освещено сознанием.Однако мы пришли к тому, что сразу же появляется новая проблема. Как именно простые феноменальные аспекты образуют единое сознание?Допустим, фундаментальные элементы природы имеют какие-то минимальные формы субъективности. Даже если согласиться с этим, из этого ещё не следует, что при соединении таких элементов возникает один общий субъект. Множество маленьких «каково это» само по себе не даёт одного большого «каково это — быть мной».Можно представить тысячу людей, стоящих на площади. У каждого есть собственное сознание. Но из факта, что их тысяча, не возникает один дополнительный субъект, которому дано состояние всей площади сразу. По крайней мере это правдоподобно. Простое множество сознаний не является единым сознанием.С человеческим мозгом проблема становится особенно острой. Если элементарные составляющие мозга имеют простейшие феноменальные свойства, то почему из них получается одно поле опыта?Здесь есть несколько стратегий.Во-первых, можно сказать, что комбинация является базовым фактом. При правильной физической организации простые феноменальные свойства действительно образуют сложное сознание. Это довольно мутный ответ, мы объявляем существование довольно тяжёлого факта, который заведомо нельзя проверить. Раньше это было только само феноменальное, а теперь ещё и закон комбинации.Во-вторых, можно искать специальный принцип объединения. Например, сказать, что сознание возникает там, где информация не просто распределена между частями, а интегрирована в единую систему. Э

На самом деле в предыдущем сообщении речь идёт не просто о панпсихизме, а о конститутивном панпсихизме.Суть в том, что сознание сложного существа конституируется, то есть составляется или образуется, из более простых сознательных свойств самой природы.У этого подхода есть две версии.Первая версия — на фундаментальном уровне уже есть элементарные феноменальные свойства. То есть простые формы опыта. Подчеркнём ещё раз — не мысли или воспоминания, а предельно бедные формы субъективности.Вторая версия осторожнее. На фундаментальном уровне есть не сами феноменальные свойства, а — некие протофеноменальные свойства.Протофеноменальное свойство — чисто теоретическая штуковина. Это ещё не опыт само по себе, но это такое свойство физической реальности, которое при правильной организации может объяснять появление опыта. Оно не является сознанием в полном смысле, но оно уже не является совершенно чуждым сознанию материалом.Зачем нужна эта осторожность?Потому что утверждение «электрон что-то переживает» звучит очень сильно. Утверждение «фундаментальная физическая реальность содержит свойства, из которых при сложной организации может быть составлено переживание» звучит намного аккуратнее.Главное здесь вот что.Конститутивный панпсихизм закрывает провал в объяснении. Если мы начинаем с полностью бессознательной материи, то непонятно, почему в какой-то момент у некоторых систем появляется субъективный опыт. Почему физические процессы вдруг оказываются не только процессами, но ещё и как-то переживаются?Панпсихист отвечает, что что феноменальное не появляется из абсолютного нуля. В более простой форме оно уже входит в устройство мира.Но за всё надо платить.Если сознание человека конституируется из феноменальных или протофеноменальных свойств, то нужно объяснить, как именно это происходит. Как множество простых элементов образует одно сознание?Почему из многих элементарных «каково это» получается единое «каково это — быть мной»?Почему простые свойства природы не остаются просто множеств

Конечно, панпсихизм удивителен. Однако слово звучит гораздо более экстравагантно, чем сама мысль, стоящая за ним в аналитической философии сознания. В минимальной форме панпсихизм — это отказ считать, что феноменальное не появляется в мире внезапно, когда физическая система начинает удовлетворять определённым условиям (с чего бы метаболизму быть таким условием, а сложным реакциям внутри звёзд — не быть). Напротив, элементарные формы опыта уже каким-то образом изначально встроены в саму природу.Предыдущий шаг был таким.Если феноменальное сознание не обязательно связано с развитой психологией, но связано с физически реализованной структурой состояний, то жизнь перестаёт быть очевидной границей. Термостат не живой, но у него есть различимые состояния и переходы между ними.Но тогда возникает ещё более радикальный вопрос. Зачем нам останавливаться на термостате?В самом деле, термостат — это физическая система. Он состоит из частей, имеет состояния, реагирует на среду и находится в причинных отношениях с другими вещами. Этим условиям удовлетворяют очень многие вещи во вселенной.Песчинка пыли на Плутоне тоже имеет структуру. Одна её сторона соприкасается с другими песчинками, другая обращена вверх и касается слабой атмосферы Плутона. Песчинка имеет температуру, форму, массу, микрорельеф, внутреннюю молекулярную организацию, но также и историю столкновений с другими песчинками и вообще историю.В определённом смысле песчинка пыли тоже информационна. В ней есть различия, состояния и отношения к другим состояниям мира.Конечно, это не значит, что песчинка думает, скучает или созерцает небо Плутона.Панпсихизм не объявляет каждую вещь эдаким маленьким человечком. Мысль здесь более сдержанная, но и более надёжная. Может быть, физическая реальность имеет не только внешнюю, структурную и причинную составляющую, которую описывает физика, но и внутренний феноменальный аспект.Тогда сознание человека и других животных не возникает из абсолютно несознательных кирпичиков. Оно конституируе

Пока мы говорили только о живых существах. Многие и здесь, и на нашей странице ВКонтаке обратили внимание, что человек, собака, мышь, рыба, пчела, слизень — это не просто примеры систем, это живые системы.Это создаёт довольно естественную интуицию, что сознание связано именно с жизнью. Живое чувствует, неживое просто взаимодействует.Однако стоит ли что-то за этой интуицией, когда речь идёт о феноменальном сознании?Если нас интересует не мышление и не богатая психология вообще, а минимальное феноменальное переживание «каково это», то почему решающей границей должна быть именно жизнь?Ответ опять же понятен. У живого есть тело, метаболизм, чувствительность к среде и саморегуляция. Это серьёзный ответ. Но надо показать, почему именно эти свойства являются необходимыми условиями феноменального опыта. Это ключевой момент.Дэвид Чалмерс в «Сознающем уме» (1996) предлагает радикальный поворот мысли. Он обсуждает не только людей, животных или простые организмы, но и термостат.Термостат — предельно простой пример. У него есть несколько состояний. Он может нагревать, охлаждать и ничего не делать. Разумеется, он не думает и ему не бывает скучно или уютно. У него нет внутреннего монолога и памяти.Но термостат всё же реализует простую информационную структуру. Различия во внешней среде становятся различиями в его собственном состоянии, а различия в его состоянии ведут к различным действиям.Здесь и возникает вопрос, который задаёт Чалмерс. Если мы уже допустили, что феноменальное сознание может становиться всё проще и проще при движении от человека к более простым существам, то почему оно должно в какой-то момент просто исчезнуть?Получается, что мышь — да. Рыба — возможно. Слизень — трудно сказать. А термостат — что? Уже совершенно исключён?Суть в том, что ответ «потому что термостат не живой» хоть и выглядит естественно, но он вообще никак не решает проблему. Нужно объяснить, почему жизнь как таковая является условием феноменальности, а такого объяснения нет.И напротив — феноменал

В философии сознания существует одно важное различение, которое критически важно для анализа сознания.Когда мы говорим «психическое», мы можем иметь в виду разные вещи. В русскоязычной литературе и переводах часто используется синоним — «ментальное».С одной стороны, есть психологические свойства. Память, понимание, обучение, распознавание, способность решать задачу и менять поведение в зависимости от ситуации. Такие свойства обычно важны потому, что они помогают объяснять поведение существа.Например, собака ищет хозяина, потому что помнит его запах. Ворона достаёт пищу из сложного устройства, потому что способна решить задачу. Человек отвечает на вопрос, потому что понимает смысл сказанного.С другой стороны, есть феноменальное измерение психического.Это уже не то, какую роль состояние играет в объяснении поведения, а о том, есть ли для самого существа нечто, что даёт ему то каково быть в этом состоянии.Боль как переживание боли. Голод как переживание голода. Сухость, тепло, холод, давление, повреждение, контакт с поверхностью как нечто данное самому переживающему эти состояния субъекту.Так и сосуществуют два аспекта психического: психологический и феноменальный.У слизня, вероятно, нет огромного числа психологических свойств, которые есть у человека. Он не понимает, что с ним происходит и не думает: «Кажется, я оказался на сухом бетоне, а мне нужно обратно во влажную траву».Но из этого ещё не следует, что у него вообще нет феноменального состояния.Когда слизень оказывается вне влажной среды, переползает с травы на бетон или реагирует на свет, мы можем не приписывать ему мыслей. Но всё ещё остаётся вопрос — есть ли для него какое-то примитивное «каково это»?Возможно, его жизнь почти полностью лишена того, что мы назвали бы психологической сложностью. Но она может быть не лишена чувствительности.Умеет ли слизень думать или планировать? Почти наверняка нет. Это слишком высокий этаж психики. Феноменальное сознание может начинаться ниже.Может быть, есть существа, у которы

Если понимание может быть распределено между мозгом, телом, языком и средой, то возникает вопрос о границах психического вообще.Начать можно с простого случая.У человека есть сознание. Это кажется несомненным (если мы вообще допускаем существование сознания). У людей есть боль, страх, удовольствие, внимание, ожидание, тревога, интерес. Мы не наблюдаем эти состояния напрямую, но уверенно приписываем их окружающим по их поведению и сходству с нами.Дальше мы почти так же уверенно говорим о сознании животных.Собака радуется хозяину. Кошка боится пылесоса. Ворона решает задачу. Обезьяна злится. Дельфин играет. Здесь язык психических состояний кажется вполне естественным. Он может быть неточным, иногда излишне человекоподобным, но не выглядит пустой метафорой.Затем мы начинаем спускаться ниже.А что с мышью? С ящерицей? С рыбой? С осьминогом? С пчелой? С жуком? С червём? Слизнем?Да, на каждом шаге уверенность становится слабее. Но всё же трудно указать точку, где происходит резкий онтологический обрыв. Только что была боль, восприятие окружающего мира и стремление избежать повреждения, а затем внезапно остались одни сигналы с сенсоров и физико-химические процессы.В принципе, такой обрыв можно защищать. Например, можно сослаться на сложность нервной системы. Но тогда нужен критерий. Причём критерий должен быть не просто удобным, а философски обоснованным.И вот здесь появляется крайне интересный вопрос.Если мы готовы постепенно спускаться от человека к животному, от животного к более простому организму, от организма к минимальной чувствительности и реакции на среду, то где именно мы должны остановиться?И должны ли?

Если анализировать «понимание» в духе Гилберта Райла, то есть просто через способность отвечать на вопросы, переформулировать сказанное, связывать сведения и действовать уместно, то не только вопрос о наличии психологических свойств у ИИ резко заостряется.Появляются и другие вопросы.В самом деле, а где находится понимание?Инстинктивный ответ, разумеется, «в голове». Человек понимает текст, потому что в его мозге происходят определённые процессы. Это разумный ответ, но ка всегда в жизни всё не так как на самом деле.В действительности человек понимает текст не одним мозгом. Он понимает его потому что есть язык, письменность, общая культура чтения и частная привычка к чтению, школьная и университетская подготовка, культура сама по себе со своими разнообразными книгами и базами данных, а также разговоры с другими людьми.Когда мы разбираем трудный философский текст, понимание часто возникает не как мгновенный внутренний акт, а как работа довольно сложной и распределённой во времени и пространстве системы. И человек (и тем более его мозг) — лишь один элемент этой системы.Это не значит, что мозг не важен. Разумеется, без мозга человеческого понимания не будет. Но из этого ещё не следует, что понимание локализовано внутри черепа.Если одна психологическая способность — понимание — распределена между человеком и его средой, то это может касаться и всех других свойств психики. Отсюда неизбежен следующий вопрос.Где заканчивается носитель психологических свойств и начинается всё остальное?

В последних постах мы говорили о вычислительной метафоре сознания. Словарь «мозг — компьютер» легко превращается в обратный ход «компьютер — мозг», а затем начинает менять наши представления и о человеке, и о машине.Но есть и следующий вопрос. Даже если не считать ИИ сознательным существом, может ли он стать чем-то большим, чем инструмент? Что следует из утверждения, что различия между психикой людей и машин носит количественный, но не качественный характер?В рамках философского семинара, организуемого Институтом философии НАН Беларуси, секретарь нашей лаборатории недавно прочитал доклад на тему «Планетарный искин. Как сервис станет правителем».Видеозапись доклада.Это доклад не о восстании машин, а о более спокойном и, возможно, более реалистичном сценарии: власть возникает тогда, когда сервис становится инфраструктурой.Следите за анонсами ЛИС!