Вот чем хороши демократии даже в нынешнем, довольно незавидном, состоянии 1. Включаешь полноценную интернет-цензуру благодаря консенсусу двух ведущих партий2. Ожидание: интернет-компании из Америки падают ниц3. Реальность: тебя изысканно шлют к чёртовой матери на бланке юридической организации.Отдельно доставляет формулировка "American businesses do not surrender their First Amendment rights because a foreign bureaucrat sends them an e-mail".Думаю, классики британского юмора бы оценили. Вот уж послали так послали.
Во-первых, всё так.Во-вторых, относительно русской тоски по селу всё не так.Традиция тосковать по традиционному селу вполне себе объяснима и для выходцев из масковской интеллигенции, и для селюков. В России любителей воздыхать об империи принято называть «булкохрустами» и высмеивать, мол-де, они себя все представляют графьями да князьями, а самих бы выпорол барин на конюшне. (И пофиг, что к 1916 году 96% земли принадлежало крестьянам, и никаких баринов с конюшнями лет 50 как не было).На деле же, тоска об империи имеет совсем другой корень — деревенскую прозу. И тосковать начали вовсе не по космополитичной французской булке, а по собственному, родному, вот прям тому самому селу, убитому прямо на глазах изумлённой деревенской босотой, вместе с роднёй, жителями и храмом.Булка появилась потом, во многом — как результат тоски по селу, во многом — из той же среды. И да, из деревенской прозы во многом берет начало и современный нам русский антисемитизм, и национализм, и много всего весёлого.В общем, может быть, что там, на Западах, тоска по гомогенности и является результатом урбанизации — не знаю, не проверял, и не готов утверждать, что этот процесс полностью гомогенен и един во всех странах. Но в России его вполне себе питает огромных размеров историческая травма.Однако в ней же мы можем и найти спасение. Чем, спрашивается, занимались краснопузики в России, как не гомогенизацией общества? Ну как, понравилось? А что так? Ах, это другая, неправильная гомогенизация? Так может, лучше никакой и не надо?https://t.me/whalesgohigh/5724
Идея попаданческого романа в духе «Квантового скачка»: герой попадает в разные версии российского прошлого из коридора, где он может выбрать события, время, инвентарь, но каждый раз в игре рано или поздно происходит очередная Чудовищная Ошибка, его перемалывают системой (убивают или сажают), и он снова попадает в коридор. В какой-то из моментов ему удается попасть в его настоящее, и он наконец-то понимает, что менять надо что-то конкретно здесь и сейчас, но снова происходит Чудовищная Ошибка, он отказывается от идеи изменить глобальное прошлое, и начинает исправлять судьбы конкретных людей. И так же, как герой КС, никогда больше не сможет вернуться домой.
А вот что лично меня зацепило в интервью Невзорова: оказалось ещё раз удивительно и забавно видеть что воинствующий атеизм, в отличие от atheismus vulgaris, ВИДИМО, — тупиковая, очень глупая, и по всей видимости, провинциальная ветвь. Собственно, на фронтире современной философии, насколько я могу судить своим неэкспертным взглядом, вопрос существования абсолюта с повестки дня не сходит. Невзоров, впрочем, с происходящим на фронтире отчаянно не знаком и делает вид, что «незнание акафиста» и прочее неумение флексить греческой церковной терминологией является аргументом хоть к чему-нибудь (друзья, честное слово, я отличаю акафист от антиминса, и смею вас заверить: знания такого рода вообще никак не коррелируют с наличием или отсутствием у человека реальной веры).В секулярных и образованных обществах быть яростным воинствующим атеистом так же старомодно, как, ну, не знаю, научный спор о существовании эфира или трудовой теории стоимости. Такой спор легко скатывается в зеркальное отражение фанатизма, теряет глубину, превращается в позу и обсуждение давно надоевших софизмов про возможность создания камня, который невозможно поднять как контраргумент к всемогуществу. Скучно.Я бы ещё понял, если эти споры гремели в странах, где светскость находится под запретом, а религия остаётся орудием власти и насилия. И под насилием я понимаю не очередные человеконенавистнические клёкотания Ткачева или Милонова, а, к примеру, тот трэш, который творится на религиозной почве в Сирии или Ливане, где вас могут просто убить за неправильную конфессию. Там — да, атеизм является орудием борьбы с тиранией и может быть позицией людей, противопоставляющих себя группам, использующим свою «правильную» веру как мандат на беспредел к иным, no offence.Но в секулярном обществе в 2025 году был подчеркнуто воинствующим воином атеизма и принудительной светскости отдаёт махровым провинциализмом. Этакие пирамиды в песочнице для тех, кто хочет быть модным, прогрессивным и обсуждать самое актуальное, но не зн
В Штатах MAGA-движение трещит в самом своём фундаменте из-за скандала вокруг файлов Эпштейна. Рейтинг Демократической партии опускается до минимумов 1990х гг., когда, казалось, республиканцы владели страной безраздельно (и были не чета той аморфно-послушной массе, которая называется ими сейчас). Woke-тренды в рекламе умерли окончательно; элегантный гвоздь в крышку гроба заколотила шикарная Сидни Суини. Умерло BLM-движение, левых активистов-фрипалестинцев душат при молчаливом сердечном согласии обеих партий и влиятельных еврейских капиталов. Ну, а про скандал вокруг приложения Tea, который точно надолго выведет из моды доксинг мужчин в США, вы и сами прочитаете. В мире ситуация запутана ничуть не меньше, но на примере Штатов будет проще проиллюстрировать одну мысль.Есть ощущение, что:а) социальные сети к середине 2010-х гг. дозрели до состояния, когда широкие массы могли начать массово обсуждать политические идеи;б) люди, захватившие лидерство в этих неформальных политических стратах, и презентирующие примерно любые политические идеи и пытающиеся воплотить их в жизнь, дружно, хором, единовременно обделались.Общий цикл potrebitelus vulgaris, решившего в середине — конце 2010-х годов стать MAGA/феминисткой/русским националистом/либертарианцем/альтрайтом/ЛГБТ-активистом etc., пугающе идентичен вне зависимости от страны:1. Сначала он купил ту или иную идею.2. Базовым клиффхэнгером почти любой идеи была мнимая легкость трейдоффа; potrebitelus vulgaris усиленно внушали, что мир вокруг будет почти таким же, только лучше и на его условиях, стоит только включиться в правильный трайб и максимально некритично распространять его идеи.2а. Народ разбрелся по трайбам3. Сочетание дизайна соцсетей, направленного на эксплуатацию максимально радикального мотивизма, политической поляризации, легкости создания эхокомнат, породило сотни и тысячи идеологических трайбов.4. Почти каждый трайб рано или поздно — но чаще рано — подошёл к точке, где для дальнейшего наращивания чисолнности и удер
«Верховный суд перенес заседание о запрете сатанизма в России на фоне смерти главы ВС Ирины Подносовой»Ну почему сразу перенос заседания, просто сразу поехала на выездное. Ну, как в колонию или СИЗО к осужденным суд переносят.
Монтажная склейка. (начало тут) «Путин сказал вам, что хочет сделки только потому, что боится вас, потому что вы сильный», — цитирует Axios Зеленского. Трамп допустил, что Зеленский может быть прав, но отметил, что, на его взгляд, Путин настроен серьезно.…Симоньян пригрозила США «ядерным ультиматумом» за поставки Украине оружия, способного ударить по МосквеГлавный редактор RT Маргарита Симоньян, комментируя информацию о возможной передаче США Украине дальнобойных ракет, написала, что «все это закончится ядерным ультиматумом». Z-каналы пишут о «похоронах» мирной сделкиВремя вспомнить свой же пост от 14 февраля и выпить из кружки «я же говорил».Дважды. Дважды наш игрок в 5D-шахматы обладал полной, абсолютной, почти бесконечной благосклонностью президента США и целым сонмом чиновников, готовых в будущем эту благосклонность разделять, и дважды начисто спалил её дотла, дабы дальше играть в обиженного Западом.Эти люди н е о б у ч а е м ы е.
Многие считают, что заявление КПРФ о признании решений XX съезда ошибочным — это «выдуманная» новость. Мол, задача КПРФ — максимально обмазываться кровью репрессированных и Сталиным перед каждым электоральным циклом, чтобы никто и не вздумал за них всерьёз голосовать, кроме убеждённых конечных сталинистов.Со второй частью тезиса я согласен, а с первой, внезапно, нет. И лучшей иллюстрацией тому является, как ни странно, менеджеропад.В чем было политическое значение XX съезда для советских элит? Номенклатуре того времени было не просто плевать на репрессии против обычных людей, а плевать показательно. В сталинском СССР надо было показывать особенное рвение в стремлении ходить по чужим головам — других на борт высшей номенклатуры не брали. Но репрессии против своих — другое дело. И XX съездом советские элиты провели очень простую черту: с нами так нельзя. Вот нельзя и всё. Почти ни при каких обстоятельствах, кроме как прямо совсем лютых залётов.Надо признать, это тот случай, когда советская власть исполнила обещанное. Борьба за власть после смерти Сталина была очень жёсткой, но жертвой назначили только Лаврентия Палыча — очевидно, в том числе в назидание всем, кто окажется на его месте. И тот же Андропов урок отлично выучил (в отличие от Шелепина). Берию не спас даже тот факт, что его предложения либеральных реформ в СССР были смелее перестроечных и вполне тянули на полноценную контрреволюцию — наоборот, сказал бы спасибо, что и этого не пришили.А дальше всё, элита оставалась почти неприкосновенной — вплоть до прихода Андропова, разгромившего щёлоковское МВД, и Горбачёва, устроившего в рядах элит полноценные чистки. Хрущёв после смещения в 1964 году и вовсе говорил, что тот факт, что его оказалось возможным просто сместить — его, Хрущёва, очевидная заслуга перед СССР. И это чистая правда.Но ни Андропов, ни Горбачёв, ни Ельцин, ни даже Путин где-то до 2015 года черту, прочерченную именно что XX съездом, никогда не переходили: с элитами по-волчьи нельзя. Только за самые
Марксизм (который имеет непрямое и сложное отношение к Марксу — есть известная его фраза про некоторых французских социалистов: «Если это марксисты, то я не марксист») был, есть и будет мыслиться как альтернатива, как потенциальная возможность. В этом его социальная работа (которая, кстати, нужна). Марксизм сообщает слушающему, что где-то в пространстве идей существует прекрасная Земля будущего: она (в мире идей) есть, она (в мире идей) лучше, и она когда-нибудь актуализируется — но не сегодня. Даже в те времена, когда на планете было немало режимов, титровавших себя как марксистские, то, что в них происходило, считалось не реализованным марксизмом, а «первым шагом к». Даже там, где правили те, кто называл себя марксистами, удавалось позиционировать себя как дизайнеров будущей возможности — поразительное и сильнейшее свойство этой идеи, которое позволяет и занимать место на стуле, и при этом позиционировать себя в качестве альтернативы сидению на стульях. Люди, критикующие экономическую часть концепции по принципу «а вот здесь не сходится, там не сходится, тут не то» всегда будут получать упрек в плоскости, неспособности вообразить альтернативу. В этой логике готовность соблюдать принципы бухгалтерского учета приравнивается к пораженчеству и мещанству, и это, в определенном смысле, непобедимая стратегия защиты. Есть известная шутка о том, что «реальный коммунизм никто никогда не пробовал строить». Шутка эта верная: в то мгновение, как кто-то пробует его построить, воздвигаемый в рамках данной попытки коммунизм перестанет быть настоящим. Эта идея устроена так.
Марксистко-рыночная диалектика:Марксизм — идеология Голиафа. Аппелируя к чувствам простых людей, рабочих и крестьян, меньшинств и пр., он не в состоянии им предложить ничего, кроме места юнита в классовой-борьбе, которая хрен знает когда закончится и черт пойми чем обернётся. Последовательное развитие и пирровы победы марксистов примерно на всём земном шарике ззаканчивались грызнёй тех. кто обещал свободу от иерархий, за место в новых иерархиях. Потому что раз за разом оказывается, что борись с капитализмом, не борись с капитализмом, а хомо сапиенс стремится к максимизации выигрыша (что как бы намекает, что не в капитализме дело). Это, в свою очередь, ещё со времён Роберта Оуэна (то есть, задолго до всякого Маркса) раз за разом приводит левых к мысли о "несовершенстве человеческого материала", а там — и к идее о необходимости переделки всего человеческого рода. Сколь веревочке не виться, а левая мысль почему-то раз за разом всегда, практически без исключений оказывается там, где переделать надо всех и каждого. С прорыночниками любых изводов дело обстоит всё ровно наоборот: за голиафовским фасадом скрывается идеология Давида. Любая крупная корпорация в мире страшится главного — мелкого старапа, что придёт, задизраптит и убьёт. Потому что любая крупная корпорация сама таким стартапом и была, и прекрасно это помнит. Капитализм ad hoc разрушителен для своих бенефициаров и открыт для малышей; хуже того — современный капитализм критически зависит именно не от "больших", а от "маленьких"; без малого и среднего бизнеса не в состоянии существовать не то что ни один "техногигант", а ни один гигант вообще. Читайте Шумпетера и Баумоля, они наполняют мозг ясностью.В мире победившего рыночка место находится любому, кто может предложить что-то своё и новое. А иногда и просто старое, но надёжное. Другое дело, что место это не всегда гламурное и пафосное. Да и коалиция победителей, которые получат внимание медиа, паблисити и возможность купать лоббиста, весьма мала; ни мяснику с го
