Какая красота! Во дворце Фонтенбло выставка "Мария Антуанетта: от авангарда до авансцены. Сценические костюмы Кристиана Лакруа".Речь об одиннадцати костюмах к опере "Почтальон из Лонжюмо", поставленной в "Опере-Комик" в 2019 году. Костюмы расставлены по залам дворца.Музей предупреждает, что из-за экстремальной жары часть помещений может быть закрыта, настоятельно советует пить воду и прохлаждаться в английском саду.Выставка открыта до 2 ноября. Фото из запретграма Анны Нетребко, на жару не жалующейся
Трансцендентная Наталья Водянова (образца 2002 года) и ещё десятки фэшн-фотографий на открывшейся сегодня выставке Паоло Роверси "Сомнения" в Фонде MOP в испанской Ла-Корунье.Фотографов моды можно разделить на тех, кто приближает (как может) вещи потребителям - видно детали кроя, как сидят, как смотрятся в интерьере или на улице или даже в фантастическом пространстве. А есть - работающие на миф о моде, как о чем-то возвышенном и даже потустороннем.Роверси снимает и так и так, но его фото, сделанные как бы не в фокусе, размытые, в бесконечных оттенках цвета, при этом без деконстпукций, опознаются моментально.Выставка стилизована под фотолабораторию: половина экспозиции - в темноте, акцент на процессе - на творческих сомнениях.Трансцендентная Наталья Водянова (образца 2002 года) и ещё десятки фэшн-фотографий на открывшейся сегодня выставке Паоло Роверси "Сомнения" в Фонде MOP в испанской Ла-Корунье.Фотографов моды можно разделить на тех, кто приближает (как может) вещи потребителям - видно детали кроя, как сидят, как смотрятся в интерьере или на улице или даже в фантастическом пространстве. А есть - работающие на миф о моде, как о чем-то возвышенном и даже потустороннем.Роверси снимает и так и так, но его фото, сделанные как бы не в фокусе, размытые, в бесконечных оттенках цвета, при этом без деконстпукций, опознаются моментально.Выставка стилизована под фотолабораторию: половина экспозиции - в темноте, акцент на процессе - на творческих сомнениях.
На пригласительном - картина: в черном кресле то ли раскинулась, то ли свернулась обнаженная с рыжей шевелюрой и розовыми сосками. Явная отсылка к модерну: why not — галерея как раз занимает огромную квартиру в памятнике архитектуры модерна. Написана небрежными широченными мазками, при этом первая возникающая ассоциация — с Эгоном Шиле, видимо, из-за ярко обведенных сосков на блеклом фоне и беззащитной позы. Конечно, без того внутреннего надлома, боли, содрогания, в передаче которых австрийскому модернисту мало равных. И слава Богу, боли нам еще не хватало. Другая ассоциация — Эдвард Мунк, но тоже без отчаяния и крика. Но выставка, как оказалось, о другом: не «салон», а современное искусство, можно даже сказать, запрещенное: такое у нас теперь не показывают в музеях, не берут на ярмарки. Это стало для меня поразительным озарением. Она о теле «без свойств» — возможно, отнятых запретами, теле безразличном, как бы лишенном качеств, ушедшем в тень — может, ту самую, юнгианскую. Тут много ню — разных масштабов и поз. Для художницы это еще и личный проект: одной из моделей выступила ее мать. Незавершенность, размытость: порой обнсженные становятся чистой абстракцией, живописной первоматерией. В общем, волнительное зрелище, если присмотреться. До 5 сентября. Посещение по предварительной договоренности.
В Галерею Алины Пинской шел посмотреть, что же такое современный качественный «салон»: по крайней мере, к тому располагал пригласительный на выставку Наташи Хабаровой — это ее дебют в Москве. (Продолжение следом)В Галерею Алины Пинской шел посмотреть, что же такое современный качественный «салон»: по крайней мере, к тому располагал пригласительный на выставку Наташи Хабаровой — это ее дебют в Москве. (Продолжение следом)
Матисс и Сен-Лоран, казалось бы, два столпа французской культуры ХХ века, - что мы о них не знаем? Влияние одного на другого очевидно и даже буквально: дизайнер запросто цитировал художника в своих коллекциях. У них куда больше общего, взялись донести до нас кураторы выставки "Матисс и Сен-Лоран: красота, мода и счастье", которая развернулась на четырёх этажах Музея Матисса в Ницце. Оба вдохновлялись Востоком и яркой палитрой, работали для театра, ну и, конечно, в центре творчества обоих была женщина, а в конце жизни Матисс ещё и вырезал ножницами - его знаменитые купажи на разный лад повторил в своих платьях Сен-Лоран. Да, как говорится, база, но собрать 160 экспонатов со всего мира так, чтобы внятно все рассказать, - большой кураторский труд. До 25 сентябряМатисс и Сен-Лоран, казалось бы, два столпа французской культуры ХХ века, - что мы о них не знаем? Влияние одного на другого очевидно и даже буквально: дизайнер запросто цитировал художника в своих коллекциях. У них куда больше общего, взялись донести до нас кураторы выставки "Матисс и Сен-Лоран: красота, мода и счастье", которая развернулась на четырёх этажах Музея Матисса в Ницце. Оба вдохновлялись Востоком и яркой палитрой, работали для театра, ну и, конечно, в центре творчества обоих была женщина, а в конце жизни Матисс ещё и вырезал ножницами - его знаменитые купажи на разный лад повторил в своих платьях Сен-Лоран. Да, как говорится, база, но собрать 160 экспонатов со всего мира так, чтобы внятно все рассказать, - большой кураторский труд. До 25 сентября
