Маленький книжный червячок

Безумный фестивалинг (три поездки за месяц) как будто окончен, напоследок еще выберусь на книжный фестиваль «Красная площадь» почитать свеженьких стихов, их накопилось. Приходите обняться и увидеться!6 июня (суббота)Шатер 13 «Поэзия»21.00Вход на фестиваль свободный.Апд. Я заболела и не приду.

Обещанный мем 😃#веселыекартинки

#староедоброе #художка Синклер Льюис. У нас это невозможно / пер. с англ. З.С. Выгодская. — М.: Яуза-каталог, Дримбук, 2022. — 480 с. #книгасполки2026 за апрель, прочитанная в мае (что-то пошло не так в этом году, об этом будет мем). Что ж, это интересно только как идея: американский писатель, лауреат Нобелевской премии 1930-го года Синклер Льюис написал этот роман в 1935 году, глядя на фашистские режимы, захватившие Европу. И решил представить, что то же самое может случиться в демократичных США. Довольно убедительно писатель фантазирует о том, как такой режим может установиться именно в США, с их спецификой свободного рынка — американский тоталитаризм восходит на трон под девизом борьбы с бедностью и всевластными корпорациями, но в итоге обретает все те черты, которые Льюис подглядел у фашизма, нацизма и советской власти: культ вождя, безнаказанность военных, призывы потерпеть тяжелое настоящее ради светлого будущего, ночные аресты, трудовые лагеря, отмена свободы слова. Женщин лишают всех прав и возвращают к ролям жены, матери и хозяйки. Далее всё по списку: главный герой — редактор региональной новостной газеты, и как представителю творческой интеллигенции ему происходящее совсем не нравится, но храбрости по-настоящему бороться с режимом не хватает — все-таки семья, дети, нормальная жизнь. Он проходит путь от попытки встроиться в систему до борьбы с ней на привычном ему информационном поле: распространяет запрещенные данные, листовки, аналитические статьи. Начало, пока Дормэс Джессеп продолжает жить привычной жизнью, идет бодрее, а вот дальше повествование становится натужным, чувствуется, что писателю тяжело доводить такую жуткую фантазию до конца. Я дотянула до финала, так как было интересно узнать, чем всё это закончится, ну и юмор (скорее даже сарказм) не давал совсем приуныть. Помимо главного героя в книге есть и другие яркие личности, за которыми интересно наблюдать, — чего стоит дочь Дормэса Сиси, смелая до отчаяния, готовая бороться за себя, свою семью и

«Стихотворения не просто форма самовыражения. Это целый мост, который соединяет тебя с кем-то другим».Такая вроде бы простая мысль, но придя к ней, Ямадзаки спасает себя и свою жизнь от простого, но неправильного решения. Однажды открыв сверкающий мир поэзии, он больше не может работать на телевидении, из чего-то чуждого, но терпимого (все-таки хорошие деньги) эта работа превращается в нечто невозможное:«Потерять работу по профессии было тем еще ударом для меня. Но, знаешь, именно из-за этого я и пошел своей дорогой. Прожил жизнь, не похожую ни на чью. И твои слова, Юмэ-тян, о том, что не стоит писать для толпы, стали для меня спасением и буквально открыли мне путь. <…> Это жизнь, которую я прожил сам, по собственному лекалу».Это кажется мне очень важной мыслью, и дело даже не в поэзии, а в том, сколько вокруг людей, живущих по чужим меркам, лекалам, оправдывая чужие ожидания, задвинув на дальнюю полку собственные мечты и таланты. Сколько их таких, кого однажды занесло куда-то сильным течением, и самым простым решением было позволить себе подчиниться потоку, а правильным и сложным — сопротивляться ему, слушать себя, идти своей дорогой. Или вовсе не искать никакую дорогу, а быть площадью, на которой эти дороги сходятся, как говорила моя любимая героиня из другой книги)) Там же, кстати, был персонаж, которому тоже удалось вырваться и сбежать из уготованной ему обществом западни. Но это совсем другая история. А «Коты Синдзюку» — книга, может быть, упрощающаяся проблему, но ставящая ее ребром. Так и бывает в хороших добрых сказках. И вообще, там же коты, а они украшают любую историю.Ω

#новинка #художкаДуриан Сукегава. Коты Синдзюку / пер. с японского Алины Федюрко. — М.: МИФ, 2026. — 224 с.Книга начинается и довольно долго длится как милая «сопливая» молодежная дорама. Яма-тян (полное имя Ямадзаки) молод, ищет себя в профессии, всё собирается хоть что-то о себе понять, а тем временем много пьет, плывет по течению, жалеет себя и на деле отстраняется от любых решений. Он строит карьеру сценариста на телевидении, но идет она ни шатко ни валко. Случайно попав в необычный бар на Золотой улице Синдзюку (злачный райончик Токио), он находит то, чего не искал, — любовь к девушке Юмэ. У обоих есть особенность, связанная с глазами: Юмэ косит, а Яма дальтоник, и это как доставляет им проблем, так и делает сильнее (кто преодолевал общественные предрассудки, связанные с любыми человеческими особенностями, поймет). Но вообще-то всё дело в котах: Юмэ заботится о целом котовом семействе, подкармливает их, и ее котики часто заглядывают в бар, пока она там работает. Повествование начинается с первого посещения Яма-тяном этого бара, где он узнает о специфической игре «Угадай кота» — посетители делают предположения, кто из котов сегодня заглянет в окошко над барной стойкой, и если угадывают, Юмэ их угощает, если не угадывают, наоборот, угощение достается Юмэ.Стиль поначалу немного отталкивает: сюжет кажется неказистым, страдания героя понятны, но не оправдывают пассивную позицию начинающего пьяницы, Юмэ очень загадочная, и разгадывать ее поначалу даже не хочется. А языка, который всё это мог бы держать на себе, толком нет, зато есть спорные метафоры, вклиненные в повествование словно насильно:«Турецкая страстная песня вдруг сама опустилась к нашему столику: ноты, ослепительно сверкая, прыгали, как мелкие искры жира от кебаба».Попытка в красочные описания эмоций тоже выглядит сомнительной:«Внутри поднялось несколько сгустков, похожих на светящиеся теплые шары. Мне вдруг захотелось дико смеяться, но смех так и не прорвался. Из меня будто выбили всю силу. В одиночестве

Он точно и тонко подмечает мелочи, изменения в окружающем давно привычном, приевшемся пейзаже, глаз его никогда не «замыливается», он всегда насторожен и готов увидеть незамеченное, необычное:«Очень сильный свет лампочек в одном окне привлекает мое внимание, я не понимаю, что я их раньше не замечал? Оказывается, я не видел ночью этого окна освещенным. И вот я гляжу на лампочки и вдруг над собой чувствую свет звезды, гораздо более слабый, но гораздо более сильный. Небо серое, и звездочки — это слабые точки на нем, но они отвлекают от головной боли, их нельзя выключить, как люстру надоедливую, с ними ничего нельзя поделать, и поэтому они сильней. Под утро небо начинает синеть, а луна краснеть, по мере своего приближения к горизонту. Она начинает бледнеть за утренними облаками, туманами и дымами, пока не садится за дома, почти уже растворившаяся в раннем рассвете».Весь апрель я прожила в этом удивительно замкнутом, но при этом безграничном мире поэта и художника, странного человека из советского Ленинграда. Это было прекрасное приключение, спасибо.Ω

#эссеистикаЛеон Богданов. Заметки о чаепитии и землетрясениях. Избранная проза. — М.: Новое литературное обозрение, 2022. — 536 с.Знаете, можно сколько угодно строить читательские планы и пытаться им следовать, а потом вдруг прочитаешь пару страниц какого-то странного текста на Яндекс.книгах, и дальше всё как в тумане — вот в руках уже бумажный экземпляр, обязательное чтение томится на полке, а ты весь месяц вместо этого читаешь Богданова и не можешь перестать.«Заметки о чаепитии и землетрясениях» андеграундного ленинградского художника и поэта Леона Богданова (1942-1987) — это обычный дневник необычного человека, он вел его и по частям публиковал в середине 1980-х годов, на закате советской эпохи. Перемещаясь с одной ленинградской квартиры на другую, он пишет о попытках обустроить быт, добыть еще немного чаю, еды, алкоголя и, главное, книг. Следить за его приключениями в городе, куда он выходит, словно охотник в лес, тревожно и увлекательно:«Вот в такой же день я поеду в город. Будет под ногами сыро, а на воздухе тепло. Сегодня безветрие, и можно было много погулять даже в моей легкой одежонке, да бутылка взята — прямиком домой. Я еще успеваю осмотреть продающиеся журналы, какой-то толстый болгарский «Обзор», никогда не виданный раньше, и новую «Польшу» с букетом и флажками на обложке, ну а дальше я спешу, и не только по видимости, действительно мне хочется поскорей добраться до своего стола. В газетном киоске — беломор, а в булочной — буханку за двадцать копеек, хоть крошится, но зато вкусная и мягкая, кружка тепловатого пива у ларька — вот все мои дела на сегодняшний день».Чем еще занят Леон? Следит за новостями в газетах, по радио и телевизору, особенно за сообщениями о землетрясениях и стихийных бедствиях, сравнивает подачу наших СМИ и зарубежных, анализирует, подмечает несоответствия, но исключительно в попытке добраться до правды, понять что-то о мире, полном неоправданных, несправедливых страданий. Много читает, пьет много чаю и с удовольствием угощает им го

#ссылкиВышла моя статья о новой книге Анны Гедымин «Возьми себе». Спасибо за публикацию Владимиру Козлову и Ирине Кадочниковой, рада писать для любимого журнала!⤵️

Стихи Анны Гедымин воспринимаются цельно: внимание не фиксируется на конкретных приемах, «инфраструктура» незаметна — ни ниток, ни швов, ни подпорок, ни декораций. Стихи легкие, как дыхание. Кажущаяся безыскусность и простота — как высокая нота у вокалистки, взятая чисто и без усилий, так, что неискушенный слушатель никогда не догадается, какое мастерство в ней заключено.Публикуем рецензию поэта и критика Дарьи Лебедевой на книгу Анны Гедымин «Возьми себе».https://prosodia.ru/catalog/shtudii/vysokaya-uteshitelnaya-nota-o-knige-anny-gedymin/

#книжныеместаИтак, единственный независимый книжный Воронежа, насколько мне удалось выяснить, – это «Элефтерия», что по-гречески значит «свобода». Это слово входит в девиз Греческой республики, который полностью звучит как «Свобода или смерть». Греков, как вы знаете, я уважаю, почитать мои посты о новогреческой литературе можно здесь по тегу #греки. Кстати, в магазине представлены книги замечательной серии новогреческой литературы издательства «О.Г.И.».На лестнице при входе вас встретит Снусмумрик, а прямо на входе плакат «Переделкино рекомендует» (и эти книги, насколько я успела увидеть, в магазине есть). На выкладках много изданий Ad Marginem и других интеллектуальных издательств, есть актуальные новинки, но основной упор сделан на философию, социологию, историософию и другие общественные науки. Художественный и нонфикшн ассортимент попал в мое чтение процентов на восемьдесят: оглядывалась и замечала, что это я читала, об этом писала, это в ближайших планах, это куплено и пока лежит. (Но одну книгу все же купила, как же без этого).В магазине много милого мерча: значки, в том числе из «Подписных изданий», шопперы, открытки, стикеры, много сувениров, связанных с Воронежем. Отдельно порадовали книжки с фалангу пальца. И очень смеялась над отцензурированным «Онегиным», от которого почти ничего не осталось, – красивый и грустный стеб над тем, что имеем.В глубине магазина уютный диванчик, у которого обнаружилась прислоненная гитара и бутылка из-под чего-то – ребята, похоже, работают с душой и песнями, молодцы))Еще забавная деталь: вообще-то в Воронеж я ездила на аниме-фестиваль (кстати, кому интересно про магазинчик с тематикой аниме, пишите, могу и о нем рассказать, он на той же улице, что «Элефтерия»). Так вот, я привезла с собой и носила там сережки с грибочками, купленные в Питере. Мало того, что я с ними попала в визуал фестиваля, так еще и зайдя в них же в «Элефтерию», обнаружила множество книг о грибах. Прямо грибная подборка получилась.Больше фото в комментариях